🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Осмысление "омского демарша" Токаева продолжается в СМИ США
Как известно, 25 июля на рутинном форуме межрегионального сотрудничества в Омске президент РК Касым-Жомарт Токаев неожиданно отошел от протокола и прямо при телекамерах призвал президента РФ Владимира Путина остановить войну в Украине. Президент Казахстана предложил заморозить конфликт и вернуться к Стамбульской формуле при гарантиях великих держав.
Теперь поводом вернуться к теме омского сигнала Касым-Жомарта Токаева стала свежая публикация в американском The Christian Science Monitor. Данное издание славится глубоким анализом, отсутствием кликбейта и трезвым взглядом на геополитику.
Итак, на днях специальный корреспондент газеты в Москве Фред Уир выпустил материал с подробным разбором причин внезапной смелости Казахстана в публичных диалогах с Кремлем. Статья могла бы стать очередной одой прозападным элитам, но Уир делает совершенно иной акцент. Американский журналист предлагает прагматичный и жесткий взгляд на ситуацию. Токаев предложил Владимиру Путину заморозить конфликт по вполне прозаичной причине. Война в Украине начала методично уничтожать казахстанскую экономику. Именно об этом мы на Elmedia подробно говорили в нашем недавнем расследовании.
Не скроем приятно видеть совпадение выводов респектабельной западной прессы с нашими оценками, прозвучавшими неделями ранее. Давайте еще раз зафиксируем истинную природу омского заявления. Это не идеологический разрыв с РФ и не исполнение заказа Вашингтона или Пекина. Мы видим жесткий ультиматум, продиктованный вопросом национального выживания.
Автор CSM пишет о казахстанских издержках из-за войны, исчисляемых сотнями миллионов долларов. Как мы уже показывали в хронологии июльских событий, атаки беспилотников в Черном море превратили ключевой для нас нефтяной коридор в зону боевых действий. Удары по танкерам и выносным причальным устройствам фактически парализовали работу Каспийского трубопроводного консорциума - КТК. Для Казахстана КТК является становым хребтом суверенитета. Через этот терминал в Новороссийске уходит более 80% нашей экспортной нефти или почти 65 миллионов тонн. Когда работа трубы останавливается, добыча в стране обрушивается на 20%, а флагманский Тенгиз теряет половину объемов. Потери бюджета достигают 32 миллионов долларов в сутки. Токаев не мог молчать просто потому, что каждый новый день эскалации хоронит 35% казахстанского ВВП.
Американский аналитик верно подмечает желание элит региона переждать геополитический шторм с максимальной выгодой. Однако они упускают важнейший внутриполитический контекст из наших недавних предупреждений. Внешняя дерзость Астаны является прямым следствием ее внутренней хрупкости. Впереди выборы в Курултай для завершения институциональной трансформации страны. Реформы требуют денег, а бюджет на 2026 год сверстан с колоссальным дефицитом в 4,6 триллиона тенге, что составляет около 2,5% ВВП. Национальный фонд стремительно исчерпывается. Блокировка нефтяного экспорта создает мощнейшее девальвационное давление на тенге. Допустить социальный взрыв накануне выборов из-за заблокированного имперскими амбициями экспорта было недопустимо. Астана обязана была предотвратить этот сценарий любой ценой. Калькулятор Минфина оказался громче любых геополитических союзов.
Фред Уир отмечает изменение баланса сил. Россия стала настолько зависима от Центральной Азии как от канала обхода санкций и транзита, что Казахстан получил право решающего голоса. Мы видим юридическое оформление этого голоса. Как отмечалось в нашем обзоре Чолпон-Атинского консенсуса, лидеры Центральной Азии больше не ждут гарантий от ОДКБ. Подписание исторического договора о дружбе и сотрудничестве, подключение к транзитным маршрутам Азербайджана в обход РФ и гигантские инвестиционные пакеты от Китая являются звеньями одной цепи. Центральная Азия формируется как самостоятельный субконтинент.