🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
💻 «Мозг мухи» играет в Doom и торгует криптой. Что происходит?
Группа ученых из Google, HHMI Janelia и других институтов 3 сентября опубликовала MaleCNS — полный коннектом самца дрозофилы. Это карта ЦНС, от головного мозга до брюшной нервной цепочки, на которую нанесены все 166,7 тыс. нейронов и 125 млн синапсов.
Уже на следующий день аспирант Технологического института Джорджии Эван Синклер Смит подключил MaleCNS к Minecraft. События в игре подаются на вход нейронам, а выходные сигналы используются для управления персонажем. В итоге виртуальная муха ищет еду, реагирует на свет и уворачивается от игроков.
Ролик стал вирусным, и вскоре «цифровую дрозофилу» начали учить играть в Doom, Beat Saber, водить авто, торговать криптовалютой. При этом почти вся работа в таких демо строится на условностях. Разработчик сам решает, какие события в игре подать на какие сенсорные нейроны, и сам назначает несколько выходных нейронов кнопкам. Сами движения запрограммированы заранее, и активность сети только переключает между ними.
На Reddit тем временем обсуждали, насколько этичны такие проекты. Кто-то даже просто помещал мушку в «рай», где от нее ничего не требовали и позволяли просто летать.
🔍 Но большинство этих демо сильно далеки от буквального «цифрового клона» мухи. В MaleCNS есть схема связей и данные о нейромедиаторах, но нет физиологических свойств нейронов и синапсов, динамики рецепторов, нейромодуляции и многого другого для полноценной симуляции.
Нейробиолог Патрик Мино предупреждает, что эффектные движения мухи на экране легко принять за осмысленное поведение. «Виртуальные мозги мух не обладают сознанием», — подчеркивает он.
При игре в Minecraft, при управлении дроном и в других проектах управляющая виртуальной дрозофилой нейросеть по сути повторяет топологию нервной системы мухи. Но если заменить «проводку мухи» на случайную нейросеть результат будет примерно тот же.
💡 А в чем тогда смысл?
Коннектом помогает исследовать связь нейронных цепей с поведением. Ученые могут менять активность клеток в модели, предсказывать результат и проверять его на живых мухах.
Например, в 2024 году на модели, построенной на более раннем коннектоме, искусственно активировали нейроны, чувствительные к сахару, активность дошла по цепочке до моторного нейрона хоботка — и эффект подтвердили на живых мухах. Но до полноценной симуляции мухи все еще далеко. В той же работе реально активировались лишь сотни нейронов из 140 тыс. нейронов.
Проверить, что «оцифрованная» муха стала копией биологической, можно будет по поведению, уникальному для конкретной особи, замечает Мино. Например, если виртуальная муха спонтанно пройдет лабиринт, который изучала в реальности при жизни.
👋 Подпишитесь на Hi, AI!