🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Мне хочется наплевать на все правила приличия и касаться тебя сходу так, как тебе нужно.
Осточертели мне наши социальные танцы, право слово. Я хочу пить из горла ледяной брют, воспитывать добермана и гладить основание твоей шеи, не спрашивая благословения. К черту, честное слово.
Перебирать темные пряди, затягиваясь вишневым табаком. Целовать сбитые костяшки, не задавая вопросов. Согревать любовью так, как хотелось любить тогда, когда еще не существовало слов «приемлемо» и «обязательства». Не спрашивать «как ты?», а чувствовать пульс. Впускать в себя твое волнение на вдохе, принимать его в себе на выдохе. Разделять.
Принято разговаривать до, а мы лежим, пялясь в экраны мобильников. Кажется, что только с тобой я вообще могу разблокировать телефон, не пряча экрана. Я выключила весь свет, мне хватает пламени свечей, чтобы сориентироваться в месте, которое я знаю лучше, чем себя. Ты говоришь «Алиса, включи «Unforgiven», и только тебе я разрешаю ставить у меня музыку. Тем более песню, под которую я разбилась. Гребаное доверие.
Мне нравится залезать тебе под кожу, гладить нервные узлы, прикусывать связки. Серьезность обременительна. Должности, звания, регалии - просто белый шум. И твой стон - чистейшая музыка. Легко мне нравиться, пока я мешаю страсть с болью. Главное - не спорить, принимать, как высшее благо, каждое мое движение вдоль острых позвонков. Оглажу лопатки, пробегусь легким ветерком между ребрами, разотру затекшие мышцы шеи, пощекочу выступающую тазовую косточку. Вне рамок учебников, от души.
Зацепишься взглядом за старые шрамы на моих запястьях, поцелуешь каждый, согреешь дыханием. Абсолютно без слов попросишь никогда не исчезать, не оставив записки. Наверное, я даже пообещаю. Лживо, так же как ты обещаешь каждой своей женщине, что она станет особенной. Прерогатива врать досталась нам поровну. Только друг другу врать не зачем.
Слой за слоем я вытащу из тебя все сны, все иллюзии, все тайны. Мне даже вглядываться не надо, я на вес ощущаю, чего тебе стоит помнить каждую свою ошибку. Поэтому и прошу «оставляй», вгрызаясь ногтями в нежную кожу поясницы. Радует, что тебе необязательно отвечать на вопросы, и я, не жалея, следами помечаю каждый участок тела, который я залюбила до основания.
Не попрощавшись, закрою дверь. Стеку по ней на коврик, прикурю дрожащими пальцами. Будто волнуюсь за тебя сверх меры, хотя нет ни единого повода. По правде, если б хотела — сказала бы «тебе не нужно ничье прощение», но мне надо, чтобы ты понял сам.
Приходи еще. Полетаем.