Writer and stories - bestsellers

Лидия Аркадьевна попросила красную помаду в тот момент, когда Павел Сомов собирался сказать ей, что организм больше не отвечает на лечение так, как им всем хотелось бы. Врачи вообще любят выражение «не отвечает». Очень удобное выражение. Не кричит, не бьётся, не отказывается жить, не устал, не испугался, не лежит под тонким больничным одеялом с глазами человека, который понял про себя что-то ужасно простое. Просто «не отвечает». Будто организм — невежливый собеседник, которому задали вопрос, а он отвернулся к стене и делает вид, что не слышит. Павел стоял у её кровати с историей болезни в руках и никак не мог подобрать тон. Тон в таких разговорах был важнее слов. Слова всё равно были плохие, какие ни выбери. Слишком мягко — родственники решат, что есть надежда и надо просто найти «хорошего врача». Слишком прямо — ты становишься палачом в белом халате. Слишком профессионально — человек слышит не диагноз, а дверь, которую закрыли перед носом. Павел много лет тренировал этот особый голос: ровный, сухой, сочувствующий ровно настолько, чтобы не дать надежде разрастись, но и не звучать как справка из архива. Он почти овладел им в совершенстве, что, если подумать, было не достижением, а маленькой человеческой катастрофой. Лидия Аркадьевна лежала у окна в палате онкологического отделения, хотя все в больнице называли это отделение тише, как будто слово могло само по себе ухудшить анализы. На тумбочке у неё стояли пластиковый стакан с водой, расчёска с несколькими седыми волосами, старое зеркальце в металлической оправе, которое явно пережило больше мужчин, чем вся эта палата, и маленькая косметичка из потрескавшейся красной кожи. Косметичка выглядела как театральная актриса на пенсии: швы расползлись, молния заедала, но держалась так гордо, будто её всё ещё могли вызвать на поклон. Лидии Аркадьевне было семьдесят четыре, но возраст рядом с ней чувствовал себя невоспитанным и не решался сразу сесть. У неё были тонкие запястья, высохшие пальцы с крупными суставами и лицо, которое болезнь пыталась съесть, но всё время спотыкалась о выражение. На этом лице было слишком много характера. Такие лица не умирают быстро. Они сначала спорят. — Доктор, — сказала она, пока Павел листал бумаги и делал вид, что ищет там фразу, которой не существовало. — Вы можете открыть мою косметичку? Павел поднял глаза... _____ Читать продолжение истории Ссылка скрыта