Your German Doc - Life in Germany

Недавно рефлексировала о своих рабочих буднях и о том, как же они сильно отличаются от того, что было год назад. Когда я только перешла в январе в новое отделение, мне постоянно хотелось выть и ныть по многим причинам. Кажется, я поняла одну, одну из самых важных из них. Интересно, как судьба (в которую я, если честно, особо не верю) или жизненные обстоятельства приводят нас туда, где мы должны быть, несмотря на внутренние нежелания. Я очень хорошо помню свои ощущения, когда я только начинала работать, и словила себя на мысли, что сейчас я словно испытываю что-то подобное. И это - постоянная фрустрация и желание как можно быстрее помочь, что-то сделать. Психиатрия и психотерапия учат терпению. Не только пациентов, но и нас, профессионалов. И это неизбежно. Нетерпимость - это очень часто попытка совладать с фрустрацией и болью разбитых ожиданий от себя. И это на самом деле большой вызов самому себе. Я обожала работу в острой психиатрии, потому что в ней всё (относительно) понятно. Потому что ты можешь видеть результат иногда буквально через несколько дней. Я иногда вспоминаю своих пациентов и те изменения, которые с ними происходили, будь это терапия антипсихотиками или ЭКТ. Наверное, именно поэтому переход в другую форму работы оказался для меня таким сложным. Сейчас я работаю в стационаре дневного отделения и параллельно амбулаторным врачом. В отделении, если и есть прогресс, то он довольно лёгкий, незаметный и очень хрупкий. Амбулаторных пациентов веду я не так давно, чтобы ещё делать какие-то выводы. Но пока что я очень чётко отмечаю за собой импульс попытаться «исправить» и «подлечить» сразу же. И мне приходится всё время возвращать себя к одной простой правде - у нас нет быстрых и простых решений, так же как и нет чётких и однозначных ответов. Это какое-то почти философское стремление чувствовать, что ты действительно делаешь что-то правильное и нужное для пациента, работая в самой субъективной и абстрактной медицинской специальности. Вы не представляете, сколько раз я ловила себя на мысли: «Как я действительно могу помочь этому человеку? Как я могу сделать его субъективный, индивидуальный опыт, его личное ощущение собственной жизни лучше?». Это может быть очень интересный и захватывающий путь, когда на руках есть опыт, есть инструменты и понимание того, что и в какой момент нужно сказать. В самом начале пути это может захлёстывать как лавина. И терпение здесь необходимо в том, что без осознания картины мира пациента ты не ответишь на этот главный вопрос. Это очень кропотливая работа, потому что это динамический и человеческий процесс, который невозможно никак ускорить и ничем катализировать. Поэтому я и думаю с лёгкой иронией о том, как судьба занесла меня снова в место, которое учит меня тому, чему я так с трудом сопротивляюсь - терпению, принятию, умению ждать и не следовать за жгучим порывом что-то немедленно сделать. Психические и поведенческие изменения происходят очень медленно, пациенты могут возвращаться к тем же проблемам и старым паттернам, прогресс часто нелинейный, и рецидивы часто неизбежны. Поэтому нужно уметь переносить такие сильные эмоции. И нужно уметь это принимать и не чувствовать, что всё обязательно должно быть вылечено или решено мгновенно.