Un capítulo más y la literatura del sueño

Не достигнув желаемого, они сделали вид, что желали достигнутого. Мишель де Монтень Ещё главу и спать в MAX 📚

Мальчик Петя ударил молотком по пальцам трудовика и получил пять. По крайней мере, ему так послышалось. из школьных анекдотов... Ещё главу и спать в MAX 📚

Ваше величество женщина Тьмою здесь все занавешено и тишина как на дне... Ваше величество женщина, да неужели — ко мне? Тусклое здесь электричество, с крыши сочится вода. Женщина, ваше величество, как вы решились сюда? О, ваш приход — как пожарище. Дымно, и трудно дышать... Ну, заходите, пожалуйста. Что ж на пороге стоять? Кто вы такая? Откуда вы? Ах, я смешной человек... Просто вы дверь перепутали, улицу, город и век. Булат Окуджава, 1960 Ещё главу и спать в MAX 📚

Когда кажется, что весь мир настроен против вас, вспомните, что самолет взлетает не по ветру, а против него.  Генри Форд Ещё главу и спать в MAX 📚

Сегодня исполняется 85 лет со дня рождения Сергея Довлатова, одного из самых популярных и читаемых русских писателей конца XX века. Не получив в СССР возможности официально издать ни одной книги из-за жесткой цензуры, он был вынужден эмигрировать в Нью-Йорк, где совершил невероятный прорыв. Довлатов стал главным редактором популярной газеты «Новый американец» и вторым после Набокова русским автором, чьи рассказы напечатал престижнейший журнал The New Yorker. Его главным достижением стало создание уникального автобиографического жанра. Книги «Чемодан», «Заповедник» и «Зона» превратили личный опыт писателя — от службы тюремным надзирателем до работы экскурсоводом — в мировую классику. Довлатов совершил и стилистический подвиг: он писал сложнейшей техникой, где все слова в одном предложении начинались на разные буквы. Этот уникальный метод подарил русской литературе его знаменитый лаконичный, емкий и живой слог. Ещё главу и спать в MAX 📚

Мир делится на два класса — одни веруют в невероятное, другие совершают невозможное.  Оскар Уайлд Ещё главу и спать в MAX 📚

Не о том я говорю, чтобы мы, взрослые, сложные люди, возвращались к детству, а к тому, чтобы в себе самих хранили каждый своего младенца, не забывали о нем никогда и строили жизнь свою, как дерево: эта младенческая первая мутовка у дерева всегда наверху, на свету, а ствол – это его сила, это мы, взрослые. Михаил Пришвин, «Фацелия» Ещё главу и спать в MAX 📚

Думаете, Марсель Пруст — это скучная классика для филологов? Как бы не так. «В поисках утраченного времени» — это масштабный психологический триллер и жесткое реалити-шоу на семь томов. Пруст безжалостно срывает маски с парижского бомонда. Вы подсмотрите за токсичной одержимостью, где герои нанимают детективов для слежки за бывшими. Попадете на закрытые тусовки элиты и увидите, какими циничными снобами оказываются местные кумиры. Наконец, вы проживете настоящий саспенс, когда парень запрет свою девушку дома из-за дикой паранойи, а после ее побега начнет расследовать ее тайную жизнь. Зачем это читать? Чтобы прокачать эмоциональный интеллект. Пруст — гениальный профайлер. Он препарирует измены, манипуляции и абьюз с точностью хирурга. Вы начнете видеть мотивы людей насквозь. Ещё главу и спать в MAX 📚

Шёл из одного города в другой мудрец со своими учениками. Проходят они поле где весь день мужик собирал сено в стог. Вдруг подул сильный ветер и разметал стог. Мудрец попросил учеников помочь собрать сено. Идут они дальше и видят как другой мужик бегает , причитает вокруг сломавшейся телеги. Мудрец ни чего не сказал и прошёл дальше. Вечером один из учеников спросил мудреца: —Почему ты не сказал нам помочь второму? —Чем? Причитать? Ещё главу и спать в MAX 📚