Mujer judía en el micrófono - blog

Я иногда читаю на Лайвлибе и в экс-Букмейте отзывы на книги современных авторов — чаще женщин. И почти всегда там находится человек, который интересуется: кто вообще сказал Х, что она писательница? Базово в России до сих пор принято считать, что книги могут писать только Гении, чьи Умные Мысли достойны быть увековечены. Предполагается, что для этого нужно получить разрешение сверху. Чтобы кто-то пришел и сказал будущему автору: ты — Писатель. В ином случае нужно доказать, что ты достоин написать Книгу и достоин называться писателем. Как и кому доказывать — неясно, но без этого любой успех спишут на агрессивный маркетинг, а автора объявят самозванцем. Особенно сильно достанется тем, кто пришел в литературу из других сфер. Зачем? Почему? Тварь ли я дрожащая или право имею? Ни разу не видела, чтобы условные американцы писали на Гудридз: «Эта девчонка возомнила себя писательницей!!!» Мне кажется, у них вообще нет концепции ценза на вход. По моим наблюдениям, американцы чаще ругают книгу за то, какой она получилась: невнятный сюжет, картонные персонажи, неправдоподобные диалоги, «на сороковой странице я вырубился», «видел ли этот кошмар редактор». Тут все понятно: человек прочитал, ему не понравилось, и теперь он бесится. Но бесится из-за качества текста, а не из-за самого факта его существования. Текст при этом может быть плохим, автор — бесталанным, но сам факт, что человек сел и что-то написал, не воспринимается как дерзость. Хочешь быть писателем? Круто, пиши.