Khavr Historia - materiales históricos

Интересное. "В 1939 году русское население Речи Посполитой состояло из польских граждан и бесподданных эмигрантов. Граждане были - на словах - равноправны с поляками. Их представителем в Сейме был единственный русский депутат, виленский старообрядец Б. А. Пименов. Эмигранты были обладателями нансеновских паспортов, нуждавшихся в частом продлении. Приобрести в Польше недвижимость они не могли. Передвижение по стране было ограничено чертой оседлости. Въезд в восточные воеводства был запрещен и допускался только с особого разрешения. Несмотря на это, жилось в Варшаве русским - даже эмигрантам - беззаботно. Страна дышала изобилием. Не трудно было найти занятие, соответствующее знанию и образованию. Немало было старожилов, связанных с Польшей давними узами. Война ударила по ним так же, как и по полякам". "Избравший своей резиденцией не пострадавшую от войны Варшаву, а избежавший этой участи Краков, наместник фюрера Франк был - не менее Розенберга - орудием его «восточной политики». (...) Его подчиненные, ведавшие тем, что немцы называют Bevoelkerungswesen считали русских эмигрантов величиной, не заслуживающей внимания, и занимались, преимущественно, поощрением польско-украинской розни". "Лежачего не бьют. Свидетели катастрофы, постигшей Польшу - русские эмигранты, прожившие там два десятилетия - не забыли это правило. Некоторые поляки ждали от них более враждебного отношения к оккупантам, вплоть до содействия польским подпольным организациям, но эта надежда отклика в русской среде не вызвала". "Отношение русских эмигрантов в Польше и в других европейских странах к войне Гитлера со Сталиным не было единодушным. Немногие отрицали начисто любой сговор с немцами и предпочитали им большевиков. Некоторые - немногочисленные - видели в национал-социализме непререкаемую истину и ждали от германского канцлера чуда - превращения его учения в основу «интернационала» равноправных народов, в том числе и русского. Третьи пошли на связь с «восточным» министерством Розенберга, но, на этом скользком поприще, мечтали о «борьбе на два фронта». Они исходили из наивной веры в неизбежность превращения войны, после поражения Германии, в столкновение ее западных противников с советскими коммунистами. Остальные, рано убедившись в невозможности сговора с Гитлером, надеялись на его замену во главе Германии человеком, понимающим, что без русского участия в борьбе большевики побеждены не будут". Сергей Войцеховский, "Эпизоды. Сборники мемуарных очерков" Ссылка скрыта