Khavr History - исторические материалы

Оскар Уайльд на Диком Западе: Как эстет в шелковых чулках учил шахтеров любить лилии Оскар Уайльд прибыл в Соединённые Штаты 2 января 1882 года на борту парохода «Аризона». Ему тогда было 27 лет. На таможне он честно заявил, что ему нечего предъявить, кроме своего гения. Гениальность, в отличие от табака, часов и драгоценностей, налогом не облагалась, поэтому Уайльда пропустили. Так началось самое абсурдное турне в истории литературы: главный эстет Британии отправился проповедовать культ красоты людям, которые считали, что красота - это когда в тебя не попали из кольта с десяти шагов. Апогеем этого цирка стал визит в городок Ледвилл, штат Колорадо, где серебряные рудники работали круглосуточно, а средняя продолжительность жизни была короче, чем завязка в романе Диккенса. Сам Уайльд позже вспоминал: «Это был самый богатый город в мире, где каждый мужчина носит револьвер. Мне говорили, что если я поеду туда, они обязательно застрелят меня или моего коммивояжера. Я написал им, что никакие угрозы в адрес моего коммивояжера меня не остановят». Уайльд явился туда в бархатном камзоле, шелковых чулках и с подсолнухом в петлице. После выступления Уайльд вместе с мэром города спустился на дно самой глубокой шахты. Там, на глубине двухсот метров, среди грязи и крыс, был накрыт стол. Шахтеры решили проверить лондонского пижона на прочность и выкатили виски, который по крепости можно сравнить с ракетным топливом. И тут произошло невероятное. Оскар, человек, который рассуждал о нежных оттенках заката и изяществе фарфоровых чашек, начал пить этот виски стакан за стаканом. Он не поморщился, не упал под стол и даже не перестал цитировать классиков. К концу вечера шахтеры, эти железные люди, были очень пьяны, а Уайльд стоял над ними, поправлял жабо и рассуждал о том, что искусство - это единственное, что оправдывает наше никчемное существование. Его лекция называлась «Ренессанс английского искусства». В местном кабаке над пианино висела табличка, содержание которой многим из вас знакомо по популярному анекдоту: «Не стреляйте в пианиста, он старается как может» («Don't shoot the pianist, he's doing his best»). Уайльд заметил, что это единственное здравое руководство по музыкальной критике, которое он встречал в своей жизни. Шахтеры слушали его, затаив дыхание. Не потому, что они вдруг полюбили прерафаэлитов, а потому, что этот парень в смешных штанах пил, как бог, и не боялся выглядеть идиотом там, где за это могли пристрелить. И в этом была вся соль. Потому что жизнь - это еще и умение сохранить безупречный стиль в самых неподходящих обстоятельствах. Если ты можешь пить виски с убийцами и при этом обсуждать лилии, значит, ты победил этот мир. Уайльд вернулся в Лондон, уверенный в том, что эстетика - самое грозное оружие в руках человека. Ссылка скрыта ***