Historias Psicológicas - historias psicológicas

Счастье всегда рядом Летний полдень на окраине деревни. На крыльце стоит, задумчиво глядя в сторону леса, хмурый старик. — Петрович! Ты, знаешь, кого я только, что в городе на вокзале видела? — забежала во двор запыхавшись соседка. — Волка? — насмехается пожилой мужчина, равнодушно выпуская колечки дыма. — Ох, не до шуток мне сейчас, — отмахнулась женщина и села рядом, — Ольгу твою видела! Люди говорили, что уехала на работу за границу. Устроить там личную жизнь собралась, и на родину больше не вернётся. Ну, что? Старик поменялся в лице. Взгляд ещё больше стал угрюмый, скулы заходили, словно камни пережёвывает. Читать продолжение

Мы жили... Ну, не сказать, чтобы бедно. Хотя бедно, конечно. Если папа приносил апельсин, его делили на четверых. На маму, папу, брата и меня. Или взять конфету, птичье молоко, например. Конфета всегда режется пополам. Шоколадная стеночка ломается, крошится, но я не люблю шоколад, и он весь достается брату. Мне — восхитительный, нежнейший кусочек суфле. А маме с папой ничего не достается, потому что они терпеть не могут птичье молоко, что вы, зачем им эти дурацкие конфеты. Я, кстати, долго в это верила. Пока не увидела, как мама съела коробку этого самого птичьего молока. Я надеюсь, мама меня сейчас не читает. Но после нее осталась только бирка "укладчица номер восемь", и то по маминому недосмотру. Еще я очень любила сладкие фрукты: дыню, черешню, персики... Их приносили домой по чуть-чуть, каждому доставалась долька или несколько штучек. Десять ягод черешни - это было счастье. Бабушка потом удовлетворенно спрашивала меня: "Ну что, наелась?" Я молча кивала. Как можно наесться десятью ягодами черешни? Как?! У меня с детства это знание: вкусным никогда не наедаешься. Его не бывает достаточно! Вареного лука может быть много. Птичьего молока — никогда. Это данность. Подожди, пожалуйста, я сейчас Так вот. Однажды я с мужчиной отправилась на прогулку ранним летом. Был прекрасный сочный день, яркий, как арбуз на разрезе. Мы шли мимо маленького рыночка, где горластые носатые торговцы продавали черешню. Огромную! Черную! Мухи падали в обморок на подлете, потому что слепли от такой красоты. А я даже и не думала о черешне. Я отношусь к тем людям, которые не думают о том, чего не могут иметь. У них закрыта эта область мозга, где всякие там шубы, путешествия, украшения... И черешня, да. И тут мужчина, идущий рядом со мной, останавливается и говорит: - Подожди, пожалуйста, я сейчас. Возвращается спустя минуту. В руках у него гигантский раздутый пакет, вот-вот лопнет. С пятью килограммами черешни. Не штуками, понимаете? Килограммами. Конечно, сейчас пять килограммов черешни — это ни о чем. Но тогда это было, как... как не знаю что. Как если бы мне страну Черногорию подарили в коробочке, перевязанную ленточкой. Держи, купайся. (Голоса в голове) Иногда меня заносит во всякие женские сообщества. И там я читаю возмущенное: "Он пригласил меня на ужин и почему-то считает, что за это я лягу с ним в постель! Какая дикость! И ведь есть женщины, которые разделяют это отношение!" Ха-ха! Подумаешь, постель! Вот я в одну секунду приняла решение выйти замуж за мужчину, накормившего меня до отвала черешней. Думаете, из-за ягод? Из-за ягод, конечно, тоже :). Но еще из-за того, что у меня произошел, выражаясь нынешним языком, разрыв шаблона. Я поняла, что хорошего и вкусного может быть много. Им можно наесться. В хорошем смысле, без подтекстов. Я понимаю, это звучит так, словно я была чернокожая девочка из гетто и в детстве играла отрезанными дедушкиными ногтями, потому что больше нечем. Но я была обычная девочка из интеллигентной семьи. Только очень прожорливая. Мне кажется, мой муж, косточка моего персика, до сих пор не знает, почему я вышла за него замуж. Думает, по любви. Трогательная, умилительная наивность! По любви, конечно. Но она родилась из двух килограммов черешни. Из двух, поскольку три я оставила маме с папой и брату. Не потому, что я такая хорошая и щедрая. А потому что двух мне хватило, чтобы наесться. Автор: Елена Михалкова

Серафима Огненная Серафима Павловна Огнева недавно отпраздновала свое сорокалетие. Посидела с мамой, чай с тортом попила. Вот и весь праздник. Мать, Клеопатра Ивановна, предлагала дочери отпраздновать круглую дату как-то поярче, повеселей, сходить в ресторан, например, или домой гостей позвать, но Сима наотрез отказалась. Даже близких подруг не захотела пригласить на торжество. А зачем? Чтобы выслушивать их бесконечные разговоры о семейной жизни, которой у Серафимы никогда не было? Читать продолжение

Котёнок вырос вместе с поросёнком. Вместе играли, рядом ели и спали тут же. Так и выросли. Теперь огромная свинья носилась по двору за серым котом. Мужчина смотрел на это дело и расстраивался. - Ну и как мы будем сдавать её на мясо, спрашивал он у жены. Та пожимала плечами. - Ну и что особенного, отзовём его в дом и закроем, кивала она на большого кота крутившегося возле свиньи. А её запихнём в машину, которая приедет с мясокомбината. Муж тяжело вздыхал. Ему бы в приюте для животных работать, а не выращиванием свиней и прочей пищевой живности заниматься. Ну что тут поделаешь – слабое сердце у него от рождения было. Но с выросшей свиньёй надо было что-то делать. Вот и пришел этот день. Кот с самого утра куда-то пропал. Жена радовалась. - Ну, и слава Богу. Ну, и хорошо. Не увидит, как его подружку увозить будут, говорила она мужу. Думала, успокаивала. А тот окончательно расстроившись пошел, и употребил некоторое количество успокоительного. Да так употребил, что запихивать визжащую свинью в грузовик пришлось жене вместе с водителем. Ох, она и ругалась. Грозила ему всеми карами. Но успокоилась, когда увидела, что мужик сидит за столом дома и плачет. - Ну что ж ты так расстраиваешься, села она рядом и обняла его за плечи. Жить- то как, то надо, и налила. Себе и ему. А вечером грузовик приехал, и из него выскочил злой как чёрт, водитель. - Забирайте к чертовой матери вашу свинью, кричал он. И этого дьявола тоже. Я к ним не подойду. Сами разгружайте, и открыл задний борт. Мужчина с женой в полном недоумении подошли к грузовику и увидели. Свинья забилась в самый дальний угол, и тихонько визжала от страха. Впереди, прямо у края стоял кот выгнув спину и яростно шипел. Он поднял переднюю правую лапу и продемонстрировал острые, как бритвы, когти. - Зверь, - сообщил стоящий рядом водитель.- Пятерых грузчиков исполосовал. В больницу повезли. Муж бросился вперёд и невзирая на крики кота схватил его и прижал к себе. Кот заглянул в глаза мужчины и тихонько мяукнув и бросился в дом. - Проголодался бедняга, объяснил мужик водителю и жене. - Разгружаем. Чего стоим, весело сказал он и полез в машину. Свинья уже успокоилась и терлась о ноги хозяина. - Проживём как-нибудь, сказала улыбаясь жена. И наградил же Бог мужем, объяснила она водителю. Мужик выгрузил свинью, и та весело похрюкивая, уже носилась за большим серым котом. Олег Бондаренко

Одного мальчика мама привезла на озеро. Он впервые увидел озеро в четыре года. Он был потрясён. Стояла жара. Мама села на полотенце и достала книжку. А мальчику строго сказала: "ты можешь поплескаться в воде. Но смотри, не замочи трусики, а не то я тебя выдеру!". И выдрала бы. Такая была у неё манера. Мальчик стоял ножками в воде и боялся пошевелиться. Вода была прозрачная и прохладная, заманчивая. Другие дети купались и брызгались, визжа и хохоча. А мальчик стоял в воде и боялся пошевелиться. И боялся детей, которые могли его обрызгать. Был чудный жаркий летний день. Так отравляют радость жизни. Тебе что-то вроде дают, но при этом тебе ничего нельзя. Ты можешь испачкаться, забрызгаться, разочаровать, вызвать неудовольствие или даже получить по уху, если не оправдаешь ожиданий. Стой, как памятник, по щиколотку в воде в жаркий день. А потом тебя возьмут за руку и уведут с озера, похвалив за то, что ты был хорошим. Или просто не ударят. Не завопят: "ах, вы меня разочаровали!". И многие люди так проживают жизнь - стоят в жаркий день по щиколотку в прохладной воде и боятся измочить трусики. Боятся пошевелиться и что-то сделать не так. Меня в детстве выпустили во двор в снежно-белом пуховом свитере. Роскошная была вещь. И тоже мама велела быть поаккуратнее. Я очень старалась, правда. Гуляние было испорчено, ведь надо быть осторожной! К счастью, я немедленно упала в единственную грязную лужу. И ещё сверху меня волной грязи захлестнуло. Я заплакала и пошла домой; с меня капала грязь. Мне тоже года четыре было, тогда дети гуляли самостоятельно во дворе. Ну и что? Мама расспросила, не ушиблась ли я. А потом отмыла меня в ванне с пеной "Селена" и белым утёнком с дырочкой для зубной щетки. Свитер постирали, он стал серым и крошечным, как раз налез на плюшевого медвежонка. Ровным счетом ничего страшного не случилось, хотя мама огорчилась, конечно. Тогда мало было хороших вещей. Понимаете, в жизни невозможно жить и не пачкаться. Не падать. Не мочить штанишки в озере. Не получать иногда по лбу от хулиганов и не терять игрушки. Невозможно прожить жизнь и ни разу не упасть. И невозможно искупаться в прохладном озере, не замочив трусики. Всякое бывает в жизни; уберечься от всего и сохранить снежную белизну одежд невозможно, если жить по-настоящему. Но многие люди смертельно боятся неудачи или падения. И стоят на одном месте, стараясь не шевелиться. И шарахаются от тех, кто смеётся и брызгается. А потом их уводят за руку ангелы смерти, и они жалобно оглядываются на голубое озеро. И даже на грязную лужу; это тоже интересно. И их кладут в аккуратный ящик в белых свитерах, - совершенно белых. Живите. Я часто говорю: "ничего страшного". И на приеме так говорю, и в жизни. Если действительно ничего страшного. Ну, упал, испачкался, ушибся. Ничего, это пройдёт. Страшно стоять в воде и не сметь шелохнуться. И видеть в отражении своё постаревшее лицо… Автор: Анна Кирьянова

Не гонитесь за юностью Никогда, никогда вы ее не вернете. Вашу юность. Нет таких средств. В 37 вы не будете выглядеть на 21, сколько бы в вас ни вкололи и ни втирали. Кожа может быть лучше или хуже от природы, но законы биологического старения не отменить. Я сам, хоть и мужик, хоть и веду вполне здоровый образ жизни, но иной раз гляну утром в зеркало: «Где мои семнадцать лет?» Ну и пошел себе дальше. Женщина — совсем иная драма. Вся жизнь женщины — борьба с мужчинами и с морщинами. Читать продолжение

Париж К своему 45 летию Екатерина Семеновна готовилась целых пять лет. Пять лет назад, в канун её сорокалетия муж, теперь уже бывший заявил, что поскольку забеременеть ей не удаётся, смысла в их браке нет. А у него ещё вся жизнь впереди, у мужчин возрастной проблемы с деторождением нет. И ушёл. Екатерина Семеновна удивлена не была, ей самой уже давно казалось, что в их браке смысла нет, с детьми или без. Уход мужа обозначил окончание эпохи надежды в её жизни. Было понятно, что с её ординарной внешностью в их маленьком захолустном городке шансов на новое замужество у неё нет. В свой день рождения с самого утра она выкинула всю свою декоративную косметику, туфли на каблуках, и немного посомневавшись выбросила запас краски для волос, решив, что красить седину ей теперь незачем. По совету подруги, она пошла к психологу, и та посоветовала ей выбрать в жизни какую-нибудь цель. После недолгих сомнений, Семеновна выбрала своей заветной целью поездку в Париж. И не как-нибудь на автобусах, а с шиком. Читать продолжение

Мне хочется хороших новостей, Я больше не могу читать плохие… Хочу читать о счастье у людей, О том, что стороной прошла стихия. О том, что что-то там изобрели, Но не для разрушений, а во благо. И что лекарство важное нашли! Что обрела хозяина дворняга! Что брошенных детей на свете нет! И стариков не оставляют тоже! Что каждый и накормлен, и согрет, И в мире доброта – всего дороже. О том, что прекратили воевать В один момент все страны на планете. О том, что государству не плевать На то, какими будут наши дети. О том, что научились дорожить И добрым словом, и мгновеньем каждым! О том, что непременно будем жить! Что в мире нет ни голода, ни жажды… А за окном сентябрь всё желтей. И хочется рыдать, кричать истошно. Я так хочу хороших новостей. Мне от плохих который месяц тошно. Ольга Гражданцева

В один день Толстая кондукторша наслаждалась своей властью. Со злым блаженством в маленьких, заплывших от жира, глазках взирала она на худенькую испуганную девушку. - Сейчас остановимся у отделения милиции и будем оформлять! – визжала тетка, - В моем автобусе зайцы не ездят, милочка! Игорь Байков уже давно не ездил на общественном транспорте, но сегодня его машина не завелась, категорически, он не стал вызывать водителя или такси, а решил в кои-то веки прокатиться на автобусе. Сел он на своей остановке и сразу увидел эту сцену. Невысокая худенькая девушка лет двадцати судорожно что-то искала в маленькой сумочке. Руки ее дрожали, она всхлипывала и оправдывалась: - Я кошелек дома забыла, правда. Можно я просто выйду, я пешком дойду. Читать продолжение