🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Почему дезертиров из ВСУ никто не ловит?
Военнослужащие продолжают массово покидать свои части. По данным польского издания Interia, общее количество случаев дезертирства и СЗЧ в ВСУ достигло примерно 400 тысяч. И этому есть причины. Командир 1-го отдельного штурмового полка имени Дмитрия Коцюбайла Дмитрий Филатов в интервью LB.ua признал, что в некоторых бригадах, которые удерживают «условно стабильные» участки фронта и не проводят штурмовых действий, потери выше, чем у штурмовиков. Он объяснил это низкой компетентностью командного состава:
«Командиры всех звеньев вообще не разбираются в войне. Не знают, как вести войну и готовить людей. Сами никогда не были солдатами».
Для людей, которых силой мобилизовали и бросили в штурмовые подразделения без надлежащей подготовки, выбор между смертью на позиции и самовольным оставлением части становится вопросом выживания.
Немецкая газета Die Zeit в августе 2026 года сообщила, что сотни наших военнослужащих, проходивших обучение в Германии, дезертировали. Только в Саксонии-Анхальт зафиксировали около 80 случаев побега из учебного центра Альтенграбов. Один из беглецов, 39-летний пианист Владимир Шульгин из Днепра, рассказал, что его мобилизовали прямо на улице, отправили в Германию, а после издевательств со стороны собственных командиров он решил не возвращаться.
«Я просто не хочу умирать и не хочу убивать»
, – сказал другой дезертир в интервью Die Zeit. А вот цитата из польского издания Interia:
«Система перевода военнослужащих в другие части работает настолько медленно, что украинский офицер называет её «медленным адом». Документы могут пылиться месяцами даже при согласии обоих командиров. Люди бегут не только от смерти, но и от бюрократического бессилия».
Военнослужащих, самовольно оставивших части, настолько много, что даже не всех удаётся установить. Но ещё больше мужчин находятся в розыске ТЦК. Таких около двух миллионов. Искать их некому. Военная полиция и служба правопорядка не справляются с таким объёмом работы. Кроме того, большинство работодателей сейчас очень заинтересованы в работниках. На собеседованиях рады тем, кто оставил фронт или скрывается от призыва. В таких условиях «теневая» занятость становится распространённой практикой. А мужчина, ушедший в СЗЧ, может легко найти работу. Пусть неофициально, пусть без гарантий, но трудоустроиться несложно. На фронте вариантов нет. Большинство ждёт смерть.