🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Понедельничное утро!
Как известно, любое вознаграждение назначается не просто так, а за вклад в успех компании. За время существования организаций было изобретено множество способов измерить этот самый вклад – от корпоративной иерархии и выслуги лет до систем грейдов и замысловатых схем управления эффективностью.
Никуда не делись и схемы в стиле «я начальник, я так вижу», которые можно применять примерно ко всему, начиная от оклада и заканчивая акционерным вознаграждением. Но даже при том, что изобретать в этом смысле уже, кажется, нечего, не перевелись еще начальники, способные удивлять.
Тут пишут, что Илон наш Маск, кажется, только что исполнил мечту любого эйчара, заставив сотрудников оценивать свой вклад в компанию самостоятельно.
История эта, про сотрудников любимого пасынка Маска под названием X, также известного как «бывший Твиттер», в котором, как известно, с момента пришествия гениального визионера дела идут не очень. Любой нормальный собственник компании, у которой дела идут не очень, начинает спрашивать у руководителей бизнеса, чего это они так много тратят. А те, в свою очередь, начинают отчаянно экономить. А какая главная статья расходов в технологической компании? Правильно, зарплаты.
При этом даже самые радикальные меры – несколько раундов массовых увольнений, в результате которых от 6 тысяч штатных сотрудников в Твиттере осталось полторы – не привели расходы на персонал к требуемому уровню. И потому компания продолжает неистово экономить на всем, что касается персонала. В частности, недавно в Твиттере заморозили все повышения, рассказав сотрудникам, что будут вводить новую систему управления эффективностью, которая будет на эти самые повышения влиять, а до тех пор, простите, придется сидеть с текущей зарплатой.
Но самое интересное происходит с акционерным вознаграждением. Компанию Маск в свое время выкупил с биржи, поэтому в любой момент конвертировать свои завестившиеся опционы в кэш у сотрудников теперь не выйдет. Вместо этого в компании обещали ввести такой же механизм, как в SpaceX, когда раз в определенный период сотрудники могут окэшить свои акции по определенной цене. Стоит ли говорить, что процедура эта так и не была запущена?
Но это все были цветочки, ягодки – вот такие: сотрудникам X до сих пор каждый год раздаются дополнительные опционы. Но, во-первых, цена, в которую оцениваются раздаваемые акции компании, в два с лишним раза меньше, чем стоимость акций, по которой Маск покупал Твиттер. А во-вторых, перед последним раундом раздачи дополнительных акций Илон Эрролович разослал сотрудникам письмо, в котором написал: чтобы получить новый грант, нужно написать сочинение в одну страницу, описывающее свой вклад в компанию, а дальше начальство будет решать, достоин этот вклад нового гранта или нет.
В Америке, где всех с детства учат самопрезентации и продаже, сам заход выглядит не так странно, как в наших широтах – вполне логично раздавать акции тем сотрудникам, чья (воображаемая) оценка собственного вклада будет совпадать с приоритетами организации. Ибо акционерное вознаграждение на то и акционерное, что дается не только за достижения, но и ради верности компании.
Однако с точки зрения HR – это довольно забавная новация, ибо акции принято раздавать на основе более-менее объективных критериев, а не умения себя продать. К тому же в контексте прочих мер экономии все это выглядит как «кручу-верчу, обмануть хочу». Но таков уж Илон Эрролович Маск, ему, как известно, палец в рот не клади.
Хорошей недели!