🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Хит недели – это, конечно, результаты исследования компании «Ньюхр» про то, что произошло с айтишниками-релокантами, уехавшими из России за последние два года.
Ведомости пишут, что 60% из них совершили в некотором роде «трудовую миграцию Шредингера». То есть уехать, они, может, и уехали, но продолжают и за рубежом работать на компании, связанные с Россией.
Собственно, 25% релокантов выпуска 2022 года работают не просто на «связанные с Россией», а прямо-таки «российские» компании. Разница между двумя состоит в том, что первые - это компании с русскими основателями или деньгами, работающие не в России, а исключительно за рубежом.
При этом среди релокантов, уехавших до судьбоносного 2022 года, 13% продолжает работать на российские организации. При этом собираются дальше искать работу в российской компании лишь 2% из всей опрошенной выборки.
Руки чешутся экстраполировать выборку имени Киры Кузьменко на всю многотысячную толпу уехавших и не вернувшихся, которая составляла разные цифры у разных авторов, но редко оценивалась меньше, чем в 100 тысяч айтишников. Таким образом количество работающих за рубежом на российские компании превысило бы наши самые смелые предположения и составило бы 25 тысяч человек.
Но это тот самый случай, когда экстраполяция – зло. Потому как выборка кадрового агентства «Ньюхр» - это классическая «удобная выборка» (convenience sample) в стиле «а давайте опросим клиентов, кандидатов, а также их друзей и их нетворк». Дело в том, что «Ньюхр» делает основные деньги на трудоустройство кандидатов в эти самые российские и «связанные с Россией» компании.
Отсюда и выводы про огромный процент работающих в российских компаниях, и отчасти про Сербию как самую популярную у русских айтишников страну. Дело в том, что общая выборка исследования – чуть меньше 5 тысяч человек, и численность офиса одного только Яндекса в Белграде может запросто составлять 20% от этой самой выборки.
Справедливости ради нужно сказать, что создатели исследования на всех углах рассказывают про то, что их выборка неидеальна, но более пригодной для обобщений это ее не делает.
Есть правда, выводы, которым верить можно. Занятный эпизод состоит в том, что большинство уехавших – это синьоры и лиды. Уехав, они создали в российской айтишечке вакуум старших специалистов и менеджеров, из-за чего в России теперь, по меткому выражению одного комментатора, «компании стоят в очереди за сеньорами и лидами». За рубежом же, по словам того же комментатора, «в очереди стоят сами сеньоры и лиды» - так вышло, что как раз, когда все переехали, в западной айтишечке начались сокращения, поэтому никто там особенно не ждет людей с тем уровнем знания языка и опытом работы в международных компаниях, которые есть у большинства релокантов.
Но главный вывод, который можно достоверно сделать из исследования про релокантов, состоит в том, что эмиграция теперь – не та, что раньше.
Пятьдесят лет назад даже квалифицированные мигранты устраивались хорошо если таксистами, потому как знание языка, разные требования к квалификации и прочие особенности новой страны. А теперь бывает, что можно и не устраиваться никуда, а просто продолжать работать в компании, в которой работал раньше. Глобализация – она такая.
