🔒Открыть пост
и посмотреть медиа
и посмотреть медиа
Александр Иванович Бастрыкин, бессменно возглавляющий Следственный комитет с января 2011 года и недавно отметивший семьдесят второй день рождения, оказался в ситуации, когда его полномочия, продленные Владимиром Путиным лишь до 27 августа 2026 года, висят на тонкой нити возрастных ограничений и аппаратных раскладов, а потому каждое публичное заявление главы ведомства все отчетливее приобретает характер демонстративной лояльности и жесткой мобилизации.
Именно в этом контексте следует читать его свежее интервью «Интерфаксу», где Бастрыкин объявил о подготовке Следственным комитетом законопроекта, закрепляющего в статье 63 Уголовного кодекса новое отягчающее обстоятельство — совершение преступления с использованием информационно-коммуникационных технологий, включая технологии искусственного интеллекта, VPN-сервисы и прокси-серверы. Глава СК подчеркнул, что речь идет не о механическом наказании за любое применение гаджетов, а о случаях, когда эти инструменты становятся основным средством преступления либо существенно увеличивают масштаб причиненного вреда, охватывая кибермошенничество, незаконный оборот данных, атаки на критическую информационную инфраструктуру, терроризм, экстремизм и даже убийства с доведением до самоубийства.
При этом нельзя не заметить, что сама идея ужесточения ответственности за цифровые инструменты далеко не нова: еще в марте 2025 года на совещании у президента Бастрыкин предлагал дополнить ту же статью 63 упоминанием искусственного интеллекта, и Путин тогда назвал предложение «любопытным», поручив кабинету министров совместно с Верховным судом, МВД, СК и ФСБ проработать целесообразность, а уже в июле 2025 года Госдума приняла и президент подписал поправки, сделавшие использование VPN отягчающим обстоятельством при совершении преступлений, после чего суды начали применять эту норму — например, в декабре 2025 года Новомосковский районный суд Тульской области и позднее Ухтинский городской суд Республики Коми учли VPN при вынесении приговоров по наркотическим делам.
Теперь же Бастрыкин фактически расширяет уже работающую конструкцию, превращая ее в универсальный рычаг, который позволяет следствию квалифицировать практически любое преступление с цифровым следом как более тяжкое, а значит — требовать более суровых сроков и усиливать давление на фигурантов.
В условиях, когда срок полномочий истекает через месяц, такая инициатива выглядит не столько заботой о кибербезопасности, сколько попыткой продемонстрировать Кремлю собственную незаменимость в борьбе с «новыми вызовами». Бастрыкин, известный своими жесткими публичными выступлениями против либеральных подходов, смертной казни, мигрантов и «предателей» из шоу-бизнеса, окончательно отбрасывает любые остатки сдержанности и переходит в режим максимальной жесткости, предлагая законодательную рамку, которая на практике может стать удобным инструментом для расширения уголовной репрессии против пользователей VPN и тех, кто работает с генеративными моделями.
Ведь формулировка о «значительном увеличении масштаба вреда» настолько оценочна, что оставляет следствию широкий простор для усмотрения: любой доступ к заблокированным ресурсам через VPN при расследовании экстремистских или «фейковых» дел, любое применение нейросети при создании контента или анализе данных легко превратить в отягчающий признак.
#личности
____
INSIDER ELITES - Схемы. Влияние. Коррупция. Эксклюзивно о закулисье российских элит.