Русский язык - грамотность

[шн] или [чн] В старомосковском произношении сочетание букв ЧН почти всегда звучало как [шн]. Однако под воздействием письменного слова буква Ч за последние сто лет отвоевала свои позиции. Этот процесс филологи называют графизацией речи — устное произношение подстраивается под буквенное написание. Изменение происходит неравномерно. Все слова с буквосочетанием ЧН сегодня можно разделить на три группы в зависимости от того, насколько далеко они ушли от исторической нормы. 1. В небольшом пласте слов традиционное звучание [шн] остаётся единственно верным. Конечно — произносится строго [кане́шна]. Нарочно — произносится строго [наро́шна]. Скворечник — предпочтительно [скворе́шник]. Произношение через [ч’н] в словах конечно и нарочно до сих пор считается грубой орфоэпической ошибкой. 2. Слово скучно прямо сейчас находится на этапе смены нормы. Историческая норма: [ску́шна]. Современная норма: варианты [ску́шна] и [ску́чна] сосуществуют. Большинство современных орфоэпических словарей продолжают указывать вариант с [шн] как предпочтительный и традиционный, но вариант [ч’н] уже фиксируется как допустимый в разговорной речи. Аналогичное смещение произошло в словах яичница, булочная, девичник и прачечная, где формы на [ч’н] перестали восприниматься как ошибка. 3. В подавляющем большинстве слов книжного и нейтрального фонда произношение [шн] полностью вымерло или превратилось в музейный архаизм. Точный, вечный, срочный, молочный, ночной — произносятся только с [ч’н].

Про деепричастие, которое сложно согласовывать Деепричастие обозначает добавочное действие при основном глаголе-сказуемом. Главное синтаксическое правило русского языка гласит: оба действия — и основное, и добавочное — должен выполнять один и тот же субъект (подлежащее). Если грамматическое подлежащее не совершает действие, выраженное деепричастием, предложение разрушается и превращается в бред. Неправильно: Возвращаясь домой, меня застиг сильный дождь. Подлежащее здесь — «дождь». В этой конструкции получается, что именно дождь возвращался домой. Правильно: Возвращаясь домой, я попал под сильный дождь. Подлежащее — «я». Я возвращался, и я попал под дождь. Неправильно: Закончив проверку, отчет был отправлен руководству. Подлежащее — «отчет». Отчет сам закончил проверку? Нет. Правильно: Закончив проверку, аналитик отправил отчет руководству. Неправильно: Посмотрев этот фильм, мне стало грустно. В предложении вообще нет подлежащего, а местоимение «мне» стоит в дательном падеже. Правильно: Посмотрев этот фильм, я взгрустнул. Использование деепричастного оборота в безличном предложении допускается только в одном случае: если сказуемое выражено инфинитивом со значением необходимости, возможности или долга. В таких фразах оборот указывает на потенциальное действие любого человека. Уходя из офиса, необходимо выключать свет. Проводя эксперимент, важно соблюдать технику безопасности. Во всех остальных случаях деепричастие привязано к подлежащему в именительном падеже.

От красоты к палитре Слово «красный» далеко не сразу стало обозначать цвет. Изначально оно имело исключительно оценочное значение — «красивый», «почётный» или «ценный». Корень слова восходит к старославянскому существительному краса (красота). В древнерусском языке «красный» применялось к предметам и явлениям, обладающим эстетической или практической ценностью. Для обозначения самого спектра в древности использовали другие слова: Червлёный (или червонный) — главное обозначение красного цвета. Слово происходило от существительного червь: дорогой краситель ярко-красного цвета добывали из личинок насекомого — кошенили. Багряный — тёмно-красный, пурпурный цвет. Алый — ярко-красный цвет (заимствование из тюркских языков). Ткани, выкрашенные червлёным красителем, были самыми дорогими, полными и яркими. Одежду из такой ткани носила знать, и она считалась наиболее парадной и «красной» (в значении «красивой»). К XVI–XVII векам постоянное сопоставление самой красивой одежды с её цветом привело к сдвигу смысла. Слово «красный» постепенно вытеснило червлёный и стало основным названием цвета, а функция выражения красоты перешла к слову прекрасный.

Прошедшее время, которое вообще-то причастие (исторически) В настоящем и будущем времени русский глагол изменяется по лицам: я хожу, ты ходишь, он ходит. Но в прошедшем времени категория лица исчезает, зато появляется род: он ходил, она ходила, оно ходило. Причина в том, что современная форма прошедшего времени исторически является не глаголом, а кратким причастием. В древнерусском языке существовало четыре прошедших времени: аорист, имперфект, перфект и плюсквамперфект. Со временем система упростилась, и выжила только одна конструкция — перфект. Он состоял из двух частей: вспомогательного глагола «быть» в настоящем времени (есмь, еси, есть) и причастия на -л-, обозначавшего результат действия. Конструкция «язъ есмь пришьлъ» буквально означала: «Я есть пришедший». В процессе развития языка вспомогательный глагол «быть» полностью отпал. В предложении осталось только причастие с суффиксом -л-. Поскольку причастие по своей природе ближе к прилагательному, оно согласовалось с существительным в роде и числе, а не в лице: Мужской род: онъ ходилъ (как онъ красивъ) Женский род: она ходила (как она красива) Средний род: оно ходило (как оно красиво) Когда связка есмь / еси исчезла, форма -л- стала одинаковой для всех лиц: я ходил, ты ходил, он ходил. Лицо в этой конструкции теперь задаётся исключительно местоимением. Древнерусский суффикс -л- до сих пор работает в обычных прилагательных, образованных от глаголов: Усталый — тот, который устал. Горелый — тот, который сгорел. Пожелтелый — тот, который пожелтел.

Про пантограммы Пантограмма — это лингвистический феномен и стилистический приём, при котором две фразы состоят из абсолютно одинакового набора букв в том же порядке, но имеют разное значение из-за смещения пробелов и границ между словами. Человеческая речь непрерывна: в потоке звуков мы не делаем паузу после каждого слова, а считываем границы слов интуитивно из контекста. На письме за это отвечают пробелы. Пантограмма использует эту особенность языка — буквенная цепочка остаётся неизменной, но изменение деления на слова полностью перестраивает смысл. Несуразные вещи / Несу разные вещи Говорить несуразные вещи (глупые, нелепые мысли) / Иду из магазина и несу разные вещи (конкретные предметы). Пока лечилась / Покалечилась Состояние улучшилось, пока лечилась в санатории / Упала с велосипеда и покалечилась. Задело / За дело Замечание сильно задело за живое / Пора брать за дело. Иди отсюда / Идиот, сюда Прямое требование уйти / Ругательство и упрек с указанием направления.

Педагог В Древней Греции paidagōgos (от pais — «ребёнок» и agō — «вести») был исключительно рабом-сопроводителем. Он отводил мальчика к настоящим учителям (дидаскалам) и не имел права преподавать. Ситуация изменилась в Древнем Риме. Римляне массово скупали образованных греческих рабов. Римский paedagogus уже не просто носил вещи за ребёнком, но и учил его греческому языку, литературе и хорошим манерам. Впервые в функции бытового надзирателя появился элемент реального обучения. Решающий перелом в значении слова совершил богослов II–III веков Климент Александрийский. В своём фундаментальном труде «Педагог» (Паидагогос) он полностью очистил понятие от бытового и рабского контекста. Климент назвал высшим Педагогом самого Христа, а всё человечество — Его воспитанниками. Педагогика была переосмыслена не как конвоирование тела до школы, а как врачевание страстей и нравственное взросление души. Благодаря трудам раннехристианских авторов слово «педагог» на века вошло в европейский лексикон как высокое наименование духовного наставника, морального авторитета и учителя жизни. В древнерусском языке этого слова не было — использовались понятия учитель, наставник или дядька. Слово педагог проникло в русский язык в начале XVIII века, в эпоху петровских реформ, вместе с массовым заимствованием европейской терминологии (из латыни и через немецкое Pädagog). «Педагогами» в петровских документах и быту стали называть гувернёров и иностранных учителей-наставников, приставленных к дворянским детям для обучению наукам, языкам и светскому этикету. В XIX веке с созданием министерства народного просвещения и открытием учительских институтов слово окончательно потеряло приватный характер домашнего наставника. Оно закрепилось в двух официальных статусах: Профессиональный учитель — сотрудник образовательного учреждения. Учёный-теоретик — специалист в области педагогики как науки об обучении и воспитании. P.S. Всех причастных, конечно же, с праздником.

Слово недели: гали_мать_я Словом «галиматья» называют сбивчивую, путаную речь, бессмысленный набор слов или логический вздор. В русский язык слово пришло из французского (galimatias) в XVIII–XIX веках. Язык часто закрепляет случайные речевые сбои, профессиональный сленг или непонятный иноязычный текст в виде нарицательных понятий для обозначения глупости. Конкретно «галиматья» прошла путь от средневековой латыни юристов до разговорного термина. Основная филологическая версия связывает термин со средневековым французским судопроизводством. Адвокат разбирал дело о краже петуха у человека по имени Матвей (Matthias). Выступая на латыни, юрист запутался в падежных окончаниях. Вместо правильной формы gallus Matthiae («петух Матфея») он оговорился и несколько раз произнёс galli Matthias («Матфей петуха»). Заседание превратилось в фарс, а сочетание слов закрепилось в судебной среде как обозначение путаной речи. В этимологии у слова есть и другие исторические следы. Миф о лекаре. Популярная байка XIX века приписывала происхождение слова парижскому врачу по имени Гали Матье (Galli Mathiè), который якобы лечил пациентов рецептами с шутками и каламбурами. Это бытовая легенда: слово galimatias встречалось в литературе (например, у Франсуа Рабле) ещё в XVI веке, задолго до появления этой истории. Слияние языков. По филологической гипотезе, слово могло сложиться из семинаристского жаргона — соединения греческого kata Mathaion («по Матфею», отсылка к богословским текстам) и старофранцузского galimafree (рагу из разнородных обрезков, мешанина).

Наверное — это как? Вводные слова, указывающие на степень достоверности, постепенно теряют исходный категоричный смысл. Изначально эти слова функционируют как самостоятельные части речи с точным значением. Однако переходя в разряд вводных конструкций, под влиянием разговорной речи, бытовой вежливости и желания говорящего оставить себе путь к отступлению, они «смягчаются» и снижают градус уверенности. Наверное. В XIX веке наречное сочетание наверное (от «на верное», «навечно») означало «абсолютно точно, наверняка, без малейших сомнений». У Пушкина и Достоевского фраза «он наверное приедет» звучит как 100% гарантия. За XX век категоричность стиралась, и слово превратилось в неуверенное «вероятно, возможно». Пожалуй. Форма повелительного наклонения глагола пожаловать в значении «сделай милость» или «разрешаю». В XVIII веке слово выражало прямое согласие или уступку собеседнику. Закрепилось в качестве вводного слова, выражающего сомневающееся допущение («пожалуй, стоит согласиться»). Конечно. Производное от прилагательного конечный в значении «окончательный, имеющий предел». Выражение «решено конечно» означало, что вопрос закрыт бесповоротно и доведён до конца. Потеряло связь с понятием «конца» и превратилось в вводное слово безоговорочной убеждённости, заменив собой слово наверное в его историческом значении.

Что-то про буквы закона Выражение «буква закона» означает строгое, формальное и дословное следование правилу без учёта ситуации, контекста и здравого смысла. Фраза имеет библейские корни. Во 2-м послании к Коринфянам апостол Павел пишет: «...буква убивает, а дух животворит». Под «буквой» понималось сухое следование формальному тексту иудейского закона, а под «духом» — его истинный нравственный смысл. В римском праве закрепился латинский термин littera legis («буква закона»). В русский язык устойчивое выражение пришло как калька этого латинского оборота. В праве «буква» — это конкретный текст нормы, её графическая запись. Соперничество буквального применения и реального замысла правила породило устойчивую оппозицию: буква закона против духа закона. Следовать букве — исполнять текст дословно, даже если результат получается нелепым. Следовать духу — ориентироваться на цель, ради которой правило изначально создавалось. Например, если табличка гласит «Выгул собак запрещён», человек с енотом на поводке формально ничего не нарушает. С точки зрения буквы закона претензий нет, хотя дух правила — сохранить чистоту парка и безопасность посетителей.