Unashamed - trends

Кто здесь на самом деле машина? Опасность не в том, что компьютеры начнут думать как люди. Опасность в том, что люди начнут думать как компьютеры. Так сформулировал ещё в прошлом веке журналист Сидни Дж. Харрис — и это, пожалуй, самая ёмкая формула нашего дивного нового мира. Пока блогеры и медиа гадают, когда нейросети обретут сознание, мы добровольно отказываемся от своего. Философ Алексей Соловьёв вместе с психоаналитиком Ольгой Календаревой ввели хирургически точный термин — Homo GPT. Это современный человек, созданный по образу и подобию нейросетей. Его главная цель — делегировать любой запрос алгоритму, лишь бы избежать тяжёлого бремени самостоятельного выбора и интеллектуального усилия. Мы постепенно превращаемся в «человека-сенсора», чуть более сложную собаку Павлова, которая не осмысляет бесконечный поток стимулов, а просто реагирует на него — скроллит, кликает и ждёт следующего сигнала. Мы уже передали алгоритмам право решать, что смотреть, что слушать, куда ехать и что покупать. Знания переехали в облака и гаджеты, а человек низведён до оператора, который следит, чтобы устройства были заряжены, а подписки оплачены. Выходя из дома без смартфона, он испытывает сепарационную тревогу ребёнка, чьи умения хранятся у матери. Машина не заберёт нашу человечность силой. Мы сами с удовольствием отдадим ее на аутсорс, потому что так удобнее и быстрее. Раньше формула звучала так: я мыслю, следовательно, существую. Теперь: я существую там, где оцифрован, а мыслит за меня машина.