Сложные клиенты - поддержка психологов

Коллеги, спасибо за такую объемную дискуссию! К сожалению, я немного выпала из процесса, потому что умудрилась заболеть — но теперь пришла в норму и с удовольствием продолжу этот непростой разговор. Для начала хочу немного структурировать ваши ответы и добавить пару собственных замечаний.

Предлагаю обсудить по-настоящему важный вопрос: Где для вас проходит граница между психологией и эзотерикой? Интересует мнение и коллег-психологов, и тех, кто пользуется их (нашими, то есть) услугами, и тех, кто сейчас находится в переходном состоянии (например, меняет профессию или свой взгляд на разные помогающие практики) Что для вас является главным критерием «водораздела»? Поделитесь в комментариях

Разбор кейса Софии Спасибо всем, кто откликнулся на кейс — написал развернутый ответ или просто поставил реакцию. Очень интересно наблюдать, как по‑разному можно смотреть на одну и ту же историю. Как я вижу этот кейс: Что произошло в контакте? Произошел разрыв терапевтического альянса по типу отдаления. На 4-й сессии София рискнула и предъявила свою самую «теневую», стыдную часть. Она бессознательно ожидала привычного отвержения, но надеялась на принятие. Однако психолог выдал реакцию, которая инвалидировала ее опыт: вместо того чтобы стать безопасным контейнером, он поспешил нормализовать проблему («многие так делают») — то, что делать не следует ни при каких обстоятельствах! — и перешел к когнитивным техникам. Для клиентки это означало: «Мои тяжелые переживания здесь невыносимы, я должна вести себя правильно» и «У всех такие проблемы, решить их можно только отрицая свои чувства» Логично, что у нее включился защитный механизм и она перешла в режим «хорошей удобной девочки». Важный момент: она всё‑таки продолжает приходить. Значит, базовое доверие и надежда на восстановление связи ещё есть — и на это можно опираться. В чем ошибка психолога? Ключевая ошибка — потеря терапевтического присутствия и выпадение из окна толерантности. Психолог столкнулся с сильным аффектом и не смог его выдержать. Сам по себе аффект — не ошибка (эмоции не бывают неправильными), ошибочным было поведение. «Дыхание по квадрату» здесь — преждевременная интервенция (запрещенный прием на этапе, когда требуется валидация). Техника применена не из терапевтической необходимости, а как попытка терапевта спастись от собственного напряжения. Нормализация сделана неверно, София не получила корригирующего эмоционального опыта. Отсюда — скука на последующих сессиях как маркер контрпереноса: аффект «заперт», контакт механистичен, время тянется медленно, потому что не наполнено реальным присутствием живых людей. Как по-другому психолог мог бы отреагировать? Вместо того, чтобы поддаться аффекту, психолог мог бы: Нормализация и валидация: «София, я слышу, как много стыда вызывает у вас этот рассказ. В обществе принято стыдить за такое поведение, и человек привыкает осуждать себя, когда так поступает» Контейнирование: «Как вы сейчас себя чувствуете, когда мы говорим об этом?» Исследование ситуации: «Что вы имеете в виду под манипулированием? Когда такое случалось в последний раз? Расскажите подробнее» Задача — показать: «Я вижу вашу "плохую" часть, но не разрушаюсь, не осуждаю и не пытаюсь вас срочно переделать». Это дало бы ей принципиально новый опыт отношений. И уже потом можно аккуратно переходить к работе с паттерном. Как исправить ситуацию сейчас? Как верно отметили в комментариях, психологу необходимо инициировать мета-коммуникацию (разговор о том, что происходит «здесь и сейчас») и признать свой вклад в разрыв альянса. Причем не хвалить клиентку, не оправдываться, а прямо инициировать обсуждение Например: «София, ловлю себя на мысли, что на последних двух сессиях наше общение стало очень гладким, но из него ушло что-то важное. Я возвращаюсь к 4-й встрече, когда вы поделились болью из-за ссор с партнером. Мне кажется, я поторопилась предложить дыхательные техники вместо того, чтобы подробнее обсудить ваши переживания, и я очень сожалею об этом. Как вам было тогда, когда я предложила "дышать по квадрату"? Злились ли вы на меня?» Успешное восстановление после разрыва альянса делает терапевтические отношения более крепкими, чем они были до инцидента, и дает клиенту важнейший опыт того, что отношения могут выдерживать кризисы и ошибки, и что психолог может быть «неидеальным» и ошибаться — значит, и ей тоже можно быть такой

Один (всего!) развернутый ответ и пять задумчивых реакций под вчерашним кейсом. Признаюсь, это вызвало у меня некоторое недоумение 🤔 Коллеги, откликнитесь, пожалуйста, в чем причина такой тишины: • Кейс настолько очевиден, что вопросы кажутся излишними? • Или ситуация выглядит надуманной, не похожей на то, что случается в вашей реальной практике? • Или вы считаете, что психолог все сделал верно и обсуждать тут, по сути, нечего? Мне правда важно услышать ваши мнения, чтобы следующий пост с разбором был для вас максимально интересным и полезным.

Вчера на курсе разбирали кейс: Клиент: София, 29 лет. Обратилась с запросом на «хроническую усталость, синдром самозванца и ощущение, что я живу не свою жизнь» Динамика терапии (6 сессий): Процесс: Первые три встречи проходят очень тепло. София много плачет, рассказывает о жестком эмоциональном контроле со стороны родителей. Психолог активно поддерживает, искренне сочувствует. Возникает ощущение отличного контакта и глубокой связи. Критическая точка: На 4-й сессии София признается в том, за что ей мучительно стыдно: она тайно манипулирует своим партнером, читает его переписки и устраивает истерики на пустом месте, а потом ненавидит себя за это. Психолог, не выдержав напряжения ее стыда и желая скорее «помочь» (потеря терапевтического присутствия), начинает активно предлагать когнитивные техники и нормализовывать: «Ничего страшного, многие так делают от тревоги. Давайте договоримся: в следующий раз, когда рука потянется к телефону мужа, вы подышите по квадрату». София кивает: «Да, звучит логично. Я попробую» Текущая ситуация: На 5-ю и 6-ю сессии София приходит вовремя. Опрятная, собранная, вежливо улыбается. На вопрос «Как прошла неделя?» отвечает: «Всё отлично, на работе много дел. Дышала по квадрату, вроде помогло». Вся глубина, уязвимость и слезы исчезли. София говорит правильными общими фразами. Психолог ловит себя на том, что ему откровенно скучно на сессии, время тянется очень долго. Вопросы для обсуждения: 1. Что на самом деле произошло в контакте? 2. В чем ошибка психолога? 3. Как исправить ситуацию? Добавочный вопрос: 4. Как иначе психолог мог отреагировать на признание клиентки в «манипуляциях»? Как бы вы ответили? Делитесь своими вариантами в комментариях. А завтра расскажу, к чему мы пришли с участниками курса

Здесь стоит сделать одну важную оговорку. Когда говорят о терапевтическом альянсе, часто имеют в виду что-то вроде «теплоты и принятия» Но в классической концепции Бордина рабочий альянс — это три одинаково важных компонента: 1. эмоциональный контакт 2. согласие в целях терапии 3. согласие в задачах (в том, как именно мы к этим целям идём) И это значит, что качественный альянс даёт нам не только 30% успеха, зависящих от качества терапевтических отношений. Он неизбежно включает ещё 15%, которые приходятся на ожидание изменений и веру в эффективность терапии. Потому что именно через прояснение целей и задач у клиента формируется понимание: «Я знаю, куда мы идём, я понимаю, как мы это делаем, и я верю, что мне здесь могут помочь». Получается, что 45% успеха терапии напрямую зависят от того, насколько психолог умеет этим альянсом управлять: выстраивать, поддерживать и восстанавливать после неизбежных разрывов. И вот здесь обнаруживается слепое пятно большинства обучающих программ. Они отлично учат техникам, всё чаще —теории привязанности и терапии травмы, но очень редко — тому, как соединять контакт, цели и задачи в единую рабочую конструкцию с конкретным клиентом, в конкретном моменте сессии, особенно когда случается «проверка на прочность»😏 Эту «дыру» я надеюсь закрыть своим курсом 3D-оптика современного психолога Три компонента курса — клиническое мышление, травма-информированность и осознанная профессиональная позиция — работают на то, чтобы вы могли уверенно управлять теми самыми 45% успеха: Клиническое мышление — помогает понимать структуру проблем клиента, видеть мишени работы и формировать те самые задачи терапии, которые будут посильны и актуальны для клиента в данный момент и станут для него зоной развития. Травма-информированность — даёт возможность не пугаться сопротивления, грамотно обходиться с аффектами и выстраивать безопасный эмоциональный контакт, не рискуя повторно травмировать клиента, а заодно и себя. Профессиональная позиция — навыки, формирующие вашу собственную устойчивость и прозрачную рамку. Та база, благодаря которой клиент может опереться на терапию, сформировать реалистичные цели и поверить, что этот процесс действительно приведёт к изменениям. Курс уже идёт, но вы можете присоединиться прямо сейчас и успеть на целых два вебинара. Сейчас мы как раз на этапе, когда лекции временно на паузе, и фокус смещён на практику. Чтобы «приземлить» теоретический материал, мы всю следующую неделю будем разбирать кейсы — максимально приближённые к тем, с которыми регулярно сталкиваемся в реальной работе. В пятницу нас ждет вебинар с подробными ответами на вопросы по первым трём неделям курса. А с 6 июля мы будем обсуждать, как осознанно и целенаправленно развивать профессиональные навыки — встраивая каждый в единую логичную систему работы с каждым клиентом. Присоединяйтесь — сейчас самое подходящее время: основная теория уже в доступе, а впереди блок концентрированной практики. Ссылка на оплату: Ссылка скрыта

Эффект птицы Додо: спорят методы, а выигрывает… В профессиональной психологии то затихает, то вспыхивает с новой силой давний спор. Представители разных школ дискутируют, чей подход лучше, глубже, эффективнее и «научнее». КПТ против психодинамики, гештальт против системного подхода, интеграция против «чистой школы»… А ответ меж тем давно найден. И называется он «эффект (или вердикт) птицы Додо» — по имени персонажа из «Алисы в стране чудес», который после абсурдного бега по кругу заявляет: «Победили все, и каждый должен получить приз» Эту идею сформулировал американский психолог Саул Розенцвейг (тот самый, кто придумал тест с картинками) еще в далеком 1936 году, предположив, что успех терапии зависит не от уникальных техник, а от неких общих факторов. Долгое время это оставалась лишь гипотезой, пока в 1970-х годах не появились масштабные исследования, обратившие внимание на схожие результаты совершенно разных терапевтических школ. Брюс Вамполд, проведя серию мета-анализов, доказал, что принадлежность к конкретной терапевтической школе объясняет не более 10% дисперсии результатов лечения. При этом общий размер эффекта психотерапии по сравнению с отсутствием лечения является стабильно высоким (d=0.80) и сопоставим с результативностью многих медицинских вмешательств. Для объяснения эффекта птицы Додо исследователь Майкл Ламберт предложил модель распределения факторов, влияющих на успех любого терапевтического вмешательства: • 40% — факторы вне терапии: личность клиента, его ресурсы, окружение, жизненные события • 30% — терапевтические отношения: рабочий альянс, доверие, чувство безопасности и понимания • 15% — ожидания и надежда на изменения: вера в то, что помощь возможна • 15% — специфические техники и протоколы конкретного метода Забавный парадокс: большинство курсов ДПО для психологов посвящены методам и техникам, которые дают лишь (в лучшем случае) 15% успеха, в то время как реально имеет смысл развивать навыки построения терапевтических отношений. И, подозреваю, этому мало где учат не потому, что это все и так умеют, а потому, что научить этому несколько сложнее, чем зачитывать клиенту списки вопросов или «вести его по протоколу»… На самом деле бывают клиенты, с которыми отношения складываются будто бы сами собой. Они мотивированы, доверяют психологу и психологии в целом, готовы подробно рассказывать о своей проблеме и выполнять задания после каждой сессии. Большинство учебных виньеток и записей «образцовых» демо-сессий показывают работу как раз с такими клиентами — но в реальности всё оказывается несколько иначе… Примерно 90% людей, которые обращаются за любой психологической помощью, имеют в анамнезе тот или иной травматический опыт. Для них отношения не «случаются сами», не возникают просто по факту, что психолог и клиент встретились. Наоборот, с первых шагов включаются привычные, давно закрепившиеся паттерны: проверка границ, дистанцирование, колебания между идеализацией и обесцениванием, страх быть отвергнутым или наказанным, невозможность прямо говорить о своем недовольстве и желание уйти «по-английски» из контакта при малейших признаках опасности. Поэтому в работе с реальными клиентами умение сознательно строить, поддерживать и укреплять терапевтические отношения становится ключевым инструментом. И этот инструмент необходимо долго и упорно осваивать — намного дольше, чем очередной «чемоданчик техник» И требует от специалиста он совершенно иного уровня вовлеченности: не машинального заучивания схем, а готовности к активному формированию собственной устойчивой, рефлексивной внутренней позиции. Позиции, которая позволяет выдерживать напряжение в кабинете и не прятаться за спасительные протоколы при первых же признаках сопротивления. В конечном итоге птица Додо была права: побеждают все методы. Но реальный выигрыш обеспечивает не громкая аббревиатура подхода. Техники и протоколы, безусловно, могут быть полезны — но только когда они встроены в надежный рабочий альянс.

Я придумала идеальный ответ на просьбу клиентов «скажите, что мне делать» Почему идеальный? Во-первых, он подходит 100% клиентов. Не 90, даже не 99,9 — а всем, кто приходит к нам на консультации. Во-вторых, это реально ответ. Не отмазка, не «перевод стрелок» типа «а какой ответ вы хотели бы от меня услышать» — а прям буквально совет, ну или рекомендация, если вам так больше нравится это называть. В-третьих, он гарантированно развернет процессы клиента так, что вы потом еще доооолго будете к этому возвращаться и там всегда найдется, с чем еще поработать ) Этот ответ: возьмите паузу Звучит до обидного просто, да? Но это реально сработает, и я вам это сейчас докажу. Когда клиент требует ответа — он в аффекте. Симпатическая нервная система разогнана, психика требует срочного действия, чтобы сбросить напряжение. Любой вариант вроде «а что вы сами об этом думаете» проваливается в пустоту — просто потому, что в этот момент энергии психики не хватит на думанье Пауза — разрывает автоматизм, дает выдохнуть (включает парасимпатический отдел НС) и позволяет набраться сил для поиска реальных решений. Но вот тут начинается самое интересное. То, как именно клиент отреагирует на предложение остановиться — крайне диагностичный момент. Сопротивление, тревога, облегчение, злость — любой отклик сразу показывает, что конкретно не дает включиться парасимпатике. То самое, что гонит его вперед и требует срочного решения — не снаружи, а внутри. Вот с этим и работаем. Долго, внимательно и с удовольствием ) Что тут важно учесть: Этот ответ работает только тогда, когда клиент спрашивает напрямую. Не дает понять, не намекает — а именно спрашивает: «Скажите, что мне делать.» Это принципиально. Плюс давать его имеет смысл не раньше конца сессии — когда исследован достаточно объемный кусок материала, но никаких подвижек не случилось. И, конечно, интонация. «Возьмите паузу» — это не отстраненная директива и не раздраженное «да отстань уже» Это мягкое, бережное разрешение не торопиться. Полезное, кстати, каждому из нас.

Представьте себе рекламу: УНИКАЛЬНАЯ МЕТОДИКА! НЕДЕЛЬНЫЙ МАРАФОН ДЛЯ ВСЕХ, КТО ХОЧЕТ ПОМОГАТЬ ТЫСЯЧАМ ЖЕНЩИН ПО ВСЕМУ МИРУ ВЫНАШИВАТЬ И РОЖАТЬ ЗДОРОВЫХ МАЛЫШЕЙ ЗА 3 МЕСЯЦА ВМЕСТО 9! 🚀 Традиционная медицина веками это скрывала! Врачи-изверги в женских консультациях заставляют женщин терять 9 месяцев жизни, зубы и волосы, получать растяжки и лишние килограммы — всё ради того, чтобы и дальше наживаться на их проблемах! Но мы! Благодаря новейшим разработкам квантовой биологии, помноженным на тысячелетние секреты алтайских шаманов, мы взломали матрицу гестации! Стань Мастером Квантового Акушерства! Помогай тысячам женщин рожать за квартал и зарабатывай от 100500 тыщ в день, не выходя из ресурсного состояния!💫 Даже если этот текст будет пафосно зачитывать со сцены Кремлевского Дворца съездов Почетный Председатель Всех Мировых Академий, размахивая парой свежих учебников и правительственной наградой за вклад в демографию регионов — никто в здравом уме не купит его курс. Потому что все понимают: за три месяца не родится здоровый ребенок. Существует физиология, циклы деления клеток, периоды формирования органов и созревания нервной системы плода. А теперь внимание, вопрос. Почему же люди так радостно несут деньги за обучение «авторским запатентованным методикам» лечения психических травм, КПТСР, депрессий и личностных расстройств за две-три сессии? Психика — продукт действия нервной системы. Это не абстрактная «душа» или «эфирная сущность», а банальная физиология, скучная и вполне материальная. Нейронные связи не перестраиваются силой мысли за сорок минут, как и печень не отрастает за выходные. Защитные механизмы и копинг-стратегии, которые формировались десятилетиями (чтобы человек, на минуточку, вообще выжил), не сносятся «волшебными проработками» по щелчку пальцев. Точнее, сносятся — но обычно вместе с кукушкой и остатками несущей конструкции клиента, после чего он попадает (если повезет) уже к совсем другим специалистам. Что хочу сказать. Раз в нашем обществе всё до сих пор настолько плохо с базовым пониманием того, как устроен наш собственный организм — значит, мы с вами, коллеги, с психопросвещением где-то очень сильно недорабатываем...