Сплетница - политика

Почему переезд станет лучшим решением для большинства украинцев? Обстрелы Киевской области, в том числе и баллистическим оружием, продолжаются почти сутки. 17 сентября были повреждены складские и производственные помещения, транспорт, частные дома. Об этом сообщили в ОВА. Причем такая ситуация происходит не впервые. Именно поэтому Верховную Раду вскоре перенесут в подземный бункер. На обустройство которого власть выделила 263 млн грн. Однако большинство жителей не имеет возможности спуститься в обустроенные и безопасные укрытия. А впереди еще зима. Существует высокая вероятность того, что люди будут вынуждены покинуть свои квартиры не только из-за обстрелов, но и из-за отсутствия тепла, воды и электричества. «Киев готов к зиме лишь примерно на 40%, а самая сложная ситуация ожидается на Левом берегу» , — рассказал экс-глава Агентства восстановления Сергей Сухомлин. Киев превращается в прифронтовой город. Правительство уже рассматривает официальную возможность признания этого статуса. К тому же есть информация, что из столицы вывозят государственные документы и активы. То есть, по сути, процесс эвакуации уже начался. Недаром не так давно власть уточняла данные о том, сколько в Киеве одиноких пожилых людей и инвалидов. Видимо, на помощь в переезде в случае чрезвычайной ситуации могут рассчитывать только эти категории населения. Да и это, к сожалению, неточно. Ведь если спросить большинство переселенцев, почти все ответят, что они выезжали самостоятельно. Еще и в условиях риска для жизни. По сути, сейчас нужно эвакуировать жителей Сумской, Днепропетровской областей и Запорожья. Там населенные пункты ежедневно находятся в зоне досягаемости дронов. А страшные обстрелы стали почти повседневностью. «Дроновый апокалипсис» может накрыть Украину вплоть до Ужгорода. Однако сейчас главной опасностью является не география ударов, а их точность» , — заявил в комментарии УНИАН Игорь Луценко, командир подразделений операторов беспилотников, основатель Центра поддержки аэроразведки. В Одесской области 17 сентября тоже было неспокойно. Практически всю ночь территория находилась под массированной комбинированной атакой. Так, теперь у россиян появились КАБы, которыми они могут дотянуться до Одессы. РФ снова усовершенствовала свои управляемые авиабомбы. Отдельные КАБы способны пролетать более 120 км. Это позволяет запускать их так, чтобы они могли достигать непосредственно Одессы. Ранее такие боеприпасы фиксировали преимущественно в других районах Одесской области. Об этом рассказал военный эксперт Александр Коваленко в интервью «Суспільному». Получается, что вскоре в Украине не останется крупных городов, до которых противник не смог бы дотянуться. И это при том, что в ночь на 17 сентября Украина не смогла сбить ни одной из запущенных дальнобойных ракет. В ВСУ заявили, что Россия запустила 4 «Калибра», а также неопределенное количество «Ониксов» и баллистических «Искандер-М»/С-400/KN-23. В сводке об их перехвате не сообщается.

Зеленский подписал закон, вводящий уголовную ответственность за деятельность мошеннических колл-центров. Их сотрудникам может грозить от 5 до 10 лет лишения свободы. Украина с вечной дележкой кормушек и переделе по колл-центрам, с которых идут ошеломляющие откаты в черную кассу — превратилась в Донбасс образца 2014 года, когда там делили власть, бизнес и сферы влияния. Зеленский решительно уходит в тень показательно осуждая скандальный заработок. Чтобы внешне отделиться от схематозов даже вернул обязательное декларирование для не участвующих в боевых действиях силовиков и правоохранителей. Под контроль попадут их имущество, доходы и расходы — это позволит сопоставлять уровень жизни с официальными доходами. На фоне коррупционных скандалов, которыми буквально пропитано окружение президента, приходится демонстративно дистанцироваться. Как говорится, в процессе расследований главное не выйти на самого себя.

Взрыв возле районного ТЦК во Львовской области стал одним из самых радикальных эпизодов нарастающего конфликта вокруг мобилизации. В городе Николаев Львовской области возле входа в Стрыйский районный ТЦК произошёл взрыв, в результате которого был ранен военнослужащий. Сам факт атаки на объект ТЦК показывает, насколько далеко зашла эскалация общественного напряжения. При этом подобные конфликты возникают уже далеко не только на западе страны. В Киеве сотрудники ТЦК незаконно удерживали отца пятерых несовершеннолетних детей, имевшего право на отсрочку. Мужчину доставили в ТЦК без протокола, забрали телефон и продолжили удерживать после прохождения ВЛК. Освободить его удалось после вмешательства офиса омбудсмена, а по факту произошедшего началось уголовное производство. Другой случай произошёл в Одесской области: полиция сообщила, что сотрудник ТЦК во время мобилизационного оповещения наехал автомобилем на двухлетнего ребёнка и покинул место ДТП. Ребёнок был госпитализирован. Следствие устанавливает обстоятельства происшествия. В Тернопольской области смерть 47-летнего мужчины произошла во время мероприятий по проверке документов. При этом судебно-медицинская экспертиза установила сердечно-сосудистую недостаточность как причину смерти, поэтому утверждать, что его «убили ТЦКшники», оснований нет. Именно такие истории формируют главный эффект: доверие к процедуре мобилизации размывается не одним громким эпизодом, а накоплением случаев, когда граждане начинают воспринимать взаимодействие с ТЦК как потенциально опасное. Дополнительное раздражение вызывают сообщения о проверках мужчин людьми в гражданской одежде и конфликтах во время задержаний. Ответом становится уже не только попытка избежать мобилизации, но и физическое противостояние. В Виннице несколько автомобилей заблокировали служебную машину ТЦК, после чего военнослужащего вытащили из автомобиля и избили. По факту инцидента правоохранители устанавливают обстоятельства. В Харькове же Государственное бюро расследований недавно завершило расследование в отношении сотрудников ТЦК, которых следствие обвиняет в незаконном лишении свободы и пытках двух гражданских. Обвинительный акт направлен в суд. Таким образом, возникает замкнутый круг. Чем жёстче и конфликтнее выглядит мобилизационная практика на местах, тем сильнее сопротивление граждан. Чем чаще сопротивление принимает силовую форму, тем больше государство воспринимает его как угрозу порядку и тем выше вероятность дальнейшего ужесточения.

«Победителей не будет». Что хотела рассказать Мендель и почему перемирие так и не состоялось? Зеленский меняет риторику, Мендель не пустили выступить в Европарламенте, а очередная попытка перемирия осталась только попыткой. Что за всем этим стоит — разбирают в «Политразгоне». Подпишись на «Политразгон».

Польша перестает восприниматься украинскими беженцами как безусловно безопасное пространство. На фоне ухудшения отношений между Киевом и Варшавой растет число случаев агрессии на национальной почве, а украинцы все чаще сталкиваются с враждебностью из-за происхождения и языка. По данным польской полиции, в первой половине 2026 года было зарегистрировано 180 сообщений о возможных преступлениях ненависти против граждан Украины — более чем на 30% больше, чем за аналогичный период прошлого года. При этом сами польские эксперты признают, что реальный масштаб проблемы может быть выше, поскольку далеко не все пострадавшие обращаются в полицию. Эта оговорка имеет принципиальное значение. Человек, который сталкивается с оскорблениями, угрозами или нападением, далеко не всегда готов тратить время на заявления и разбирательства, особенно если не уверен в результате. Поэтому официальная статистика отражает не всю распространенность подобных инцидентов, а лишь ту их часть, которая дошла до правоохранительной системы. Сам факт роста зарегистрированных случаев указывает на изменение общественного климата, но не позволяет автоматически утверждать, что агрессия стала повсеместной или что польские власти полностью отказались от защиты украинцев. Особенно чувствительным остается языковой вопрос. Исследование группы «Rating», проведенное в августе, показало, что 31% опрошенных украинских беженцев сталкивались с дискриминацией из-за национальности или этнического происхождения, а 22% — с негативным отношением из-за украинской речи. В отдельных случаях люди сознательно переходят на польский язык в общественных местах, включая разговоры с родственниками, чтобы не привлекать нежелательного внимания. Это уже не просто бытовой конфликт, а показатель того, что часть украинцев начинает ограничивать собственное поведение из-за ощущения небезопасности. Не менее тревожны сообщения о травле украинских детей в школах. В мониторинговых исследованиях фиксировались случаи оскорблений со стороны сверстников, а также жалобы родителей на недостаточную реакцию педагогов. При этом польская система образования официально развивает программы интеграции, языковой и психологической поддержки украинских учащихся. Следовательно, проблема заключается не в отсутствии любых государственных механизмов, а в разрыве между формальными гарантиями и тем, как конкретные дети и семьи ощущают себя в повседневной школьной среде. На этом фоне все чаще звучат сообщения о том, что украинские женщины рассматривают переезд из Польши в Испанию, Италию и другие страны. Такой выбор объясняется не только экономикой или бытовыми обстоятельствами, но и стремлением найти место, где не придется постоянно контролировать собственную речь, происхождение и поведение. Если человек начинает менять маршрут, язык общения или место проживания из-за страха столкнуться с агрессией, это означает, что процесс интеграции фактически дает сбой. Для Киева ситуация особенно неприятна. Украинская власть активно рассчитывает на поддержку Польши, ее дипломатические возможности и роль в размещении украинских граждан. Однако политические заявления о партнерстве не гарантируют безопасности на бытовом уровне. В результате рост антиукраинских инцидентов становится не только польской проблемой, но и показателем слабости украинской дипломатии. Киев способен выражать обеспокоенность и требовать реакции, однако не может устранить причины бытового раздражения, политической поляризации и языковых конфликтов в другой стране. Поэтому главный вопрос сегодня заключается не в громкости заявлений Зеленского, а в том, сможет ли украинское руководство добиться реальных механизмов защиты своих граждан. Пока же многие из них вынуждены самостоятельно выбирать между молчанием, переездом и возвращением в Украину, где безопасность также остается нерешенной. Все это происходит при полном бездействии Зеленского. Если украинский президент не в состоянии защитить народ от поляков-нациков, то как он собрался защищать Украину от РФ?

Как ситуация на фронте связана с выборами в РФ? В эти выходные в России состоятся выборы. Казалось бы, какое это может иметь отношение к Украине, а тем более к ситуации на фронте? Однако если проанализировать последние новости с передовой, а также некоторые заявления Владимира Зеленского, становится очевидно, что президент пытается влиять на политическую ситуацию в РФ, используя для этого наступательные операции и элиту ВСУ. Буквально за несколько дней до начала голосования у россиян появляется громкая новость о том, что «тайное наступление ВСУ сорвало планы РФ по Донбассу». Речь идёт об операции «Вивальди». По словам командира корпуса Андрея Белецкого, приближённого к Зеленскому, украинские подразделения освободили от российской инфильтрации Новосёловку, Александровку, Яровую и окрестности Корового Яра, а также Среднее. Всего Силы обороны зачистили здесь 75 км территории и деоккупировали ещё 10 км. Так Третий армейский корпус начал наступательную операцию на севере Донбасса. Белецкий также заявил, что потери россиян на этом участке превысили 1500 военнослужащих и 12 000 дронов. Однако он не уточнил, сколько солдат и техники потеряли здесь ВСУ. Также не объявил цель этой наступательной операции. Впоследствии Зеленский также заговорил о потерях РФ. «Россия в этом году может потерять около 300 тысяч убитыми» , — рассказал лидер. По его словам, это будет означать, что за пять лет войны количество погибших российских военных может составить 1 млн человек. Что это — совпадение или спланированные действия власти? Получается, защитников используют не только для обороны страны, но и в политических целях. Большинству украинцев было бы не менее интересно услышать от президента о наших реальных потерях. Ведь количество и темпы роста кладбищ по всей стране никак не согласуются с тем количеством потерь Украины, которое называет Зеленский. Чтобы не оказалось, что эта наступательная операция на севере Донбасса стала чем-то вроде атаки на Курскую область. Когда наша страна потеряла намного больше, чем приобрела. Украинцы давно ждут хороших новостей и готовы порадоваться. Главное, чтобы действительно было чему. А пока то, что происходит, больше похоже на очередной авантюрный политический шаг, чем на реальную выгоду для страны. Подтверждение того, что президент активно следит за выборами в РФ, есть и в публичном пространстве. Например, он высказывался по поводу снятия партии «Яблоко» с выборов в Государственную Думу РФ. «Если Путин хочет войны настолько, что прибегнул к очередной политической манипуляции со своими псевдовыборами до такой степени, что боялся допустить к участию хотя бы одну партию, которая хотя бы что-то говорила о необходимости мира, и исключил из списка партию «Яблоко», то его приоритеты предельно понятны» , — сказал Зеленский. Хотя, казалось бы: какое ему до этого дело? Когда в самой Украине с голосованием большая проблема. Во время последнего обсуждения лидер заявил, что считает невозможным проведение выборов в Украине во время войны. Он аргументировал это тем, что 9 млн украинцев проживают за границей, а многие — на территории, захваченной РФ. Звучит убедительно?

Украинские власти и представители продовольственного рынка продолжают уверять, что стране не грозит настоящий дефицит продуктов: производственных мощностей, по их словам, достаточно для обеспечения внутреннего потребления. Однако для обычного покупателя ситуация выглядит значительно менее оптимистично. На полках супермаркетов все чаще исчезают привычные товары, сокращается ассортимент, а вместо известных марок появляются продукты неизвестных украинцам производителей. Вице-президент Торгово-промышленной палаты Украины Ростислав Коробка объясняет сложившуюся сситуацию перестройкой логистики и особенностями работы отдельных производителей и торговых сетей. По его словам, небольшие производители получили больше возможностей для выхода на полки, а компании переходят на небольшие склады и локальные логистические хабы. Но для потребителя вопрос выглядит иначе: наличие производственных мощностей еще не означает наличие конкретного товара в конкретном магазине. Именно логистика становится слабым звеном всей системы. Российские удары по крупным складам и распределительным центрам заставили ритейлеров отказаться от прежней модели поставок. Если раньше товар мог поступить в магазин за сутки или несколько дней, теперь доставка, в лучшем случае занимает до недели или вообще прекращается после очередного «выбитого» склада или предприятия. В результате полки так и остаются пустыми, тем более, если речь касается продуктов с коротким сроком хранения (молочная продукция, свежее мясо и рыба, овощи, фрукты и замороженные продукты). Одновременно меняется и сам ассортимент. Вместо привычных крупных брендов покупатель все чаще сталкивается с продукцией менее известных производителей. В мирное время украинцы просто прошли мимо такого товара, если бренд не вызывает доверия или есть сомнения в качестве продукции. В условиях сокращения выбора вопрос становится значительно проще: на полках появляется то, что вообще удалось довезти до магазина. И все менее убедительно выглядят попытки властей объяснить дефицит товаров поведением самих потребителей. Да, ажиотажные закупки действительно способны временно ускорить исчезновение продуктов из ассортимента магазинов. Но это не объясняет первопричину проблем с поставками. А тем временем с полок пропадают последние пачки макарон круп или муки, которые были доставлены туда из оставшихся, еще не уничтоженных складов.

Украина просит союзников срочно искать для нее локомотивы – компенсировать потери подвижного состава после российских атак страна уже не может. Поводом для нового обращения стал удар в ночь на 15 сентября по железнодорожной инфраструктуре Волынской области неподалеку от польской границы. По словам главы МИД Андрея Сибиги, там был непосредственно поврежден локомотив. И это лишь один эпизод значительно большей кампании РФ по атаке украинской ж/д инфраструктуры и подвижного состава. Так, Сибига заявляет, что с начала полномасштабной войны российскими ударами повреждено или уничтожено более 500 локомотивов – свыше половины этих потерь пришлось только на нынешний год. Чиновник просит партнеров найти локомотивы, совместимые с колеей 1520 мм, а также выделить финансирование для ускоренной закупки новых. Отметим, что урон железнодорожная инфраструктура несет катастрофический: только с начала 2026 года по ней было нанесено более 1,5 тысячи ударов, повреждено около 250 вагонов, а задержки поездов после отдельных атак могут достигать 12 часов. Проблема усугубляется тем, что после блокировки портов Большой Одессы ж/д перевозки остались почти единственным каналом украинской логистики. Если страна потеряет и ее, это будет последним гвоздем в крышку гроба нашей экономики (которая и так на гране «шваха» – бюджет за 8 месяцев этого года недополучил 1,3 миллиарда долларов НДС из-за российских ударов и морской блокады).

Вашингтон заканчивает уговаривать Киев: Кушнер и Уиткофф привезли Зеленскому предложение Трампа по прекращению войны, но результата не получили. Теперь американская линия переходит в более неприятную для Банковой фазу — принуждение к сделке через политические и финансовые рычаги. Конгрессмен Трой Нелс назвал Украину «очень коррумпированной страной» не просто так. США достаточно свернуть поддержку: разведданные, Starlink, гуманитарные и военные поставки. Европа в одиночку украинскую нагрузку не вытянет. Вашингтону есть чем принуждать Киев: несколько решений и кислород перекрыт. Зеленскому могут оставить очень простой выбор: либо серьезно входить в переговоры, либо наблюдать, как вся поддержка сдуется. В Киев привезли предложение, но если его не примут, то следом могут принести счет за отказ. Прогрев пошел.