Mujer judía en el micrófono - blog

Копаю с таким видом. Иногда мимо проходят овцы. Говорят, прямо над раскопом на столбе свили гнездо аисты, и по утрам можно наблюдать, как вся аистова семья взлетает в направлении ближайшего поля. Надеюсь, в один из дней застану. А если повезет — засниму. Сердце городского жителя при виде всего этого, конечно, трепещет.

Компания на грузинском раскопе подобралась максимально пестрая: датчане, азербайджанцы, местный отряд и американцы из Джорджии. Одного из американцев зовут Уильям. Будучи лингвистом, он однажды словил гиперфикс на Иране, выучил фарси, получил степень по иранистике и решил, что теперь непременно должен съездить в Иран. Граждан США на иранской границе встречают с особым трепетом, поэтому Уильям попал на допрос. Утром он с искренним возмущением пересказывал мне эти ужасы: — Вика, ты представляешь? Они допытывались, с кем именно я буду проводить время, сколько у меня с собой денег и какой точный маршрут! Какая невиданная недружелюбность! My sweet summer child. Впрочем, Иран ему понравился. Поставив галочку на Востоке, Уильям переключил внимание на Балканы, съездил в Сербию и Болгарию, а параллельно — джаст, как он говорит, фо фан — взялся учить русский. По дороге в Орозмани Гиорги, руководитель экспедиции, решил морально подготовить американскую делегацию к неизбежным ежевечерним застольям и спросил: — Are you alcoholics? — Nyet, but we are training, — без колебаний отчеканил Уильям на своем пока еще очень ситуативном русском. Гиорги на секунду задумался, оценил серьезность подхода и одобрительно кивнул: — Self-improvement is always a good idea. Вот это культурный обмен, вот это я понимаю.

Я рассказывала, что меня всегда манила археология, но возможности покопаться в земле бок о бок с учеными не представлялось. А тут каким-то чудом все совпало. Так что, если вы читаете этот пост, я уже на раскопе в Орозмани. Орозмани и соседний Дманиси — культовые места для палеоантропологии. Пару лет назад здесь нашли древнейшие за пределами Африки останки представителей рода Homo. По сути, это одна из точек, откуда начиналось расселение человечества по Евразии. В планах на ближайшие две недели — по восемь часов в день работать лопаткой и кисточкой. А еще учиться — в том числе изготавливать и использовать всякие доисторические орудия типа скребков. Надеюсь, что по окончании курса смогу вписать в резюме, что умею обращаться с технологиями раннего палеолита. Вот это будет конкурентное преимущество, а не этот ваш вайбкодинг.

Собралась почитать мемуары Эй Джей Джейкобса, который целый год якобы соблюдал все библейские заповеди, включая самые странные, неудобные и плохо совместимые с современной жизнью, а потом описал, что из этого вышло. Казалось бы, идея огонь. Однако я полезла посмотреть отзывы, и оказалось, что людей триггерит подобный формат. Основных претензий две. Первая: автор на ровном месте создал себе ворох проблем, чтобы потом их героически решать. Зачем? И вторая: книга уж слишком американская, несерьезная. У американского нон-фикшна есть целый поджанр — личный проект. Устроен он примерно так: автор берет какое-нибудь правило, идею или образ жизни и решает на определенное время подчинить им себя. Год живет по библейским заповедям. Не покупает ничего нового. Отказывается от интернета, сахара, лжи или привычных социальных сценариев. В общем, делает что-нибудь эдакое, чтобы потом написать об этом книгу. В такой конструкции действительно есть что-то от реалити-шоу — что, видимо, и фрустрирует комментаторов. Справедливости ради, я обожаю реалити и не понимаю, почему личный эксперимент автоматически воспринимается как что-то несерьезное и интеллектуально второстепенное. По большому счету, личный опыт лежит в основе почти всего. Любой отвлеченный интерес обычно начинается с частного столкновения с предметом: что-то тебя удивило, задело, разозлило или не совпало с привычными представлениями о мире. И это, имхо, совершенно нормальная отправная точка для исследования. В постсоветской культуре есть непонятное мне убеждение, что настоящее знание начинается там, где автор отходит в сторону, перестает говорить «я» и обкладывает предмет сносками и ссылками. Разумеется, ссылки нужны — они помогают проверить факты и увидеть, на что опирается исследователь. Но они не отменяют того, что любую тему все равно разбирает конкретный человек со своей оптикой, вопросами и причинами за нее взяться. Нарочитость эксперимента сама по себе не делает наблюдения менее настоящими. Более того, искусственно созданные условия иногда позволяют увидеть то, что в обычной жизни остается незаметным. Мы редко фиксируем собственные привычки, пока не пытаемся им сопротивляться, и еще реже понимаем, как работает правило, пока не начинаем следовать ему буквально. В конце концов, большая часть человеческого знания начинается примерно одинаково: «А что будет, если попробовать?». И мне кажется, это ужасно здорово.

На фоне бесконечных срачей о том, кто должен оплачивать салат на свидании, приятно вспомнить Томаса Манна. Никаких обедов в ресторанах — человек рассчитывал получить в подарок виллу. А то все тарелочницы да тарелочницы.

За эпическими мифами нередко стоит обычная растерянность перед неизвестным. Взять, например, череп слона. Древние греки периодически находили в сицилийских пещерах огромные кости и такие черепа. Живых слонов они в глаза не видели, поэтому трактовали увиденное максимально буквально, считая, что перед ними останки гигантского гуманоида с огромной глазницей. И — фан факт — именно такие черепа могли породить миф о циклопах.

В «Занимательной Греции» Гаспарова есть классный эпизод. Послы с острова Самос пришли к спартанцам с длинной пламенной речью — просить о помощи. Спартанцы выслушали их и ответили: «Дослушав до конца, мы забыли начало, а забыв начало, не поняли конца». Самосцы оказались ребятами сообразительными. На следующий день они пришли в собрание, подняли пустой мешок и сказали: «мешок есть, муки нет». Спартанцы помогли, но с оговоркой — мол, «мешок» был лишним, его и так видно. Хватило бы двух слов: «муки нет». Я сидела с этой строчкой и думала: боже, да. Я часто редактирую чужие тексты, и это буквально главная боль. Авторы генерируют километры предысторий, ме-е-е-дленно подводят к сути, а в конце добавляют какой-нибудь необязательный для истории крендель. Типа чтобы было красиво. Многим кажется: если выразить мысль прямо и коротко, текст выйдет сухим, грубым или слишком простым. А в итоге читатель просто забывает начало, а забыв начало, не понимает конца. В общем, совет всем, кто что-то пишет — перестаньте описывать мешки, если и так понятно, что они пустые. Сразу переходите к муке.

Посмотрела «Одиссею». Картинка, цвет и звук — потрясающие. Полифем реально похож на страшного циклопа, а не на антропоморфного Майка Вазовски, Роберт Паттинсон стабильно шикарно играет мерзавцев, а Елена Прекрасная — действительно прекрасна. Больше ничего сказать не могу, потому что из всего фильма поняла слов десять. Могла бы больше, но случайно купила билеты на сеанс на грузинском. Слава Зевсу, сюжет я прекрасно знала, поэтому незнание языка кайфануть не помешало. Порадовалась еще, мол, целый пустой зал на «Одиссею» в IMAX, какое счастье, два билета по центру, ура. Прихожу, а там: гамарджоба, аргонавты, мадлоба, Пенелопа, нахвмандис, Антиной. Фильм ошеломительно красивый. Схожу еще раз десять. И буду ждать, когда Нолан снимет что-нибудь про царя Давида с Тимоти Шаламе в главной роли.

Факт номер 736492020, который вам низачем не нужен, а мне кажется потрясающим. В фольклористике есть четкая классификация сюжетов, называется АТУ (Aarne–Thompson–Uther Index). Согласно этой классификации, каждой волшебной истории можно присвоить номер. Эдакое сказочное МКБ, уж простите за сравнение. Например, «Принцесса на горошине» — это ATU 704, что значит «испытание, которое выявляет истинную природу героя». «Золушка» — ATU 510A — сказка о преследуемой героине. Но это это еще не все. Есть индекс мотивов Стита Томпсона, он классифицирует отдельные элементы сюжета. Маркируется буквой D. D900 — предметы, исполняющие желания. D1100 — волшебная одежда. D1300 — волшебные кольца. И так далее. Так вот, дайте мне волю, и я внесу в этот список мое волшебное утяжеленное одеяло. Магия в том, что одеяло выглядит невесомо, а на деле состоит из 11 слоев и весит 6-9 кг., в зависимости от размера. Такая многослойная конструкция помогает равномерно распределять вес, поэтому давление ощущается мягко и одинаково по всему телу. Утяжеленные одеяла применяются в терапии глубокого сенсорного давления. Эта методика способствует повышению эндорфинов и серотонина и понижению кортизола. Десять минут под этим одеялом — и я спокойно и легко засыпаю. Просто чудо. Бренду Beauty Sleep, которое это одеяло сделал, в этом году уже 10 лет, все серьезно. По этому случаю мой промокод ЕВРЕЙКА дает максимальную скидку 15% на всё на сайте. А еще при покупке вы можете получить подарок — пилинг для лица Skin Hero от Erborian. Такая сегодня рекомендация. Расслабляющая.